urb_a | Война и миръ/мiръ, как правильно. Ликбез на УРБе. (Reply)

Славяноведение, No 2, 2007 г. С. Я. Сендерович. К истории восточнославянского имени Владимир.
«В старопечатной книге XVII в. возникает дифференциация написания миръ/мiръ по значению. Утверждается она извилистым путем. В изданиях Ивана Федорова унифицируется написание в одной форме: миръ, включая имя Владимир. … Интересующая нас дифференциация возникает в конце XVI в. в Юго-Западной Руси. Она появилась в первых же печатных лексиконах, насколько я понимаю, в контексте задачи лексикографической дифференциации омонимов. Такая тенденция обнаруживается уже в первом восточнославянском печатном лексиконе галицкого ученого Лаврентия Зизания (Тустановского) под названием "Лексис, сирѣчь Реченiя, Вкратъцѣ събраны. И изслове(н)скаго языка, напросты Рускiй Дiялектъ Истолкованы", изданном в Вильне в 1596 г. Именно здесь появляется дифференциация миръ/мiръ. Собственно слова мiръ там нет, но есть производные от него: "мiротворенiе, то того свѣта створ[е](н)ее" и "мiроде(р)жецъ, держа(т)ца того свѣта"4 (см. фототипическое воспроизв. в [14. С. 56]). Деятельность Зизания связана со Львовом, Вильной и Киевом -именно в изданных там книгах обнаруживаются ранние адоптации интересующего нас различения. Помимо лексикона Зизания и вслед за ним, наиболее ранние известные мне издания с соблюдением дифференциации миръ/мiръ – украинские; это Псалтирь (Львов, 1615), Анθологiонъ (Киев, 1619) и Евангелiе (Львов, 1636), Псалтирь (Киев, 1643). Первая отчетливая дифференциация именно слов миръ/мiръ как таковых появляется у киевского книжника, "архитипографа церкви российской", Памвы Берынды (ум. 1632): Миръ: покой, смир[е](н)ее, згода, помиренье. Мiръ: свѣтъ, или сей свѣт, або то(т) свѣтъ, мета(ф)[орически], sлыи люде, sлостници непокаанны: и sлости. и ты(ж), нижняа плоть. Слово свѣтъ в языке украинской письменности, действительно, встречается систематически там, где в московских книгах скоро появится мiръ. …
Дифференциация мирь/міръ появляется в московской печати только в рамках книжной справы под рукой патриарха Никона с первого года его реформ и сразу становится правилом с 1653 г.