urb_a | Палачи, насильники и убийцы (Reply)

Свою «войну» бойцы «Торнадо» начали с зачистки станицы Луганской. Еще будучи комбатом в «Шахтерске», Руслан Онищенко неоднократно заявлял, что одной из главных задач его батальона в военное время является «зачистка» и выявление «скрытых врагов» среди населения.
«Зачистку они проводили в нескольких районах станицы. Врывались в дома, ломали ворота, стреляли собак, выволакивали мужчин всех возрастов, строили их в колонны и под конвоем вели к себе на базу в подвал. При этом каждый из «пленных» должен был нести с собой ценные вещи из дома, вплоть до телевизоров и другой бытовой техники.

В станице на тот момент помимо «Торнадо» находились части батальонов «Чернигов», «Львов», «Батальона имени генерала Кульчицкого» и 17 танковая рота вооруженных сил Украины (ВСУ). Всего около 250 бойцов. И вот спустя несколько дней после зачистки к нашему комбату и комбатам других батальонов стали прибегать заплаканные матери и жены задержанных, на коленях умоляя помочь вызволить их мужчин, над которыми там издеваются. Торнадовцы жестоко избивали задержанных, а освобождать соглашались только за выкуп, у некоторых жителей просто нечем было платить, и они сутками обивали пороги их базы. Мы пытались помочь местным как могли. Но торнадовцы вели себя дерзко, впечатление было такое, что они специально провоцируют конфликты. Повлиять на их поведение никто не мог».
«Постепенно нам становилось понятно, — говорят бывшие бойцы батальона, — что все эти «сепары» на подвалах, о которых нам рассказывали «Фриман» и его люди, — простые алкаши и работяги с Северодонецка и окрестных поселков и городов, а никакие не боевики. Их просто хватали, использовали как рабов, издевались, некоторых убивали».
«Иногда мы их боялись больше, чем обстрелов, — вспоминает жительница станицы Анна. — Они вели себя грубо и нагло. Когда была война, еды не было никакой, магазины не работали, постоянные обстрелы, мы месяцами питались подножным кормом. Они стояли на блокпосту и не пропускали к нам даже гуманитарную помощь Красного Креста, а у нас тут много инвалидов, бабушек, дедушек, многодетных семей. Бойцы могли зайти в любой дом, забрать все, что понравилось.
Любой мужчина или женщина могли прикладом получить — просто для устрашения. Им было плевать, что мы мирные жители. Надо было видеть взгляд этого человека, разве только с волком сравнить. Как будто рвет взглядом, они нас быдлом считали, по-другому к нам и не относились. Эти люди приехали не защищать нас, а грабить. Они постоянно были пьяные или еще под чем-то, не знаю. Девчат задирали. Об их подвалах страшные слухи ходили.
В суде потерпевшие рассказывают о том, как торнадовцы (они указывают на конкретных бойцов) под предлогом установления личности похищали их, месяцами удерживали в подвале, глумились, издевались и применяли пытки — особо жестоко избивали, подвешивали за ноги головой вниз, резали ножами и насиловали, в том числе и мужчин. (На следственном эксперименте один из потерпевших показал, как бойцы издевались над пленными, заставляя их насиловать друг друга, также насиловали их сами, а все происходящее снимали на видео.)
По словам главного военного прокурора Украины, «Ляшук с чрезвычайным цинизмом и дерзостью, жестокостью и беспощадностью совершал наиболее жестокие пытки местного населения Луганской области, организовывал и принимал непосредственное участие в изнасиловании задержанных, которых он вместе с другими подозреваемыми похищал из корыстных побуждений».
Прокуратура, все эти месяцы работавшая под колоссальным общественным прессингом, запрашивала для Онищенко и его подельников максимально возможные сроки наказания — по 15 лет лишения свободы. Однако суд не пошел на это.
Командира батальона Руслана Онищенко (ранее дважды судимого за разбой и хранение оружия) приговорили к 11 годам лишения свободы, его заместитель Николай Цукур получил 9 лет колонии, бывший сотрудник МВД Украины Даниил Ляшук (позывной «Моджахед») — 10 лет, другие бойцы — от 8 до 9 лет лишения свободы. Еще трое бойцов были приговорены к условным срокам.
По закону Савченко, согласно которому один день предварительного заключения засчитывается за два дня лишения свободы, каждый из этих сроков будет сокращен на 4 года.