urb_a | РУИНА, або окраина Русскаго Мiра (Reply)

Это — беседа с известнейшим украинским историком академиком Петром Толочко, в которой он сполна отвечает на вопросы, что такое Русский мир, когда появились первые упоминания о многочисленных украинах, когда Украина появилась как политоним и этноним, как создали Украину как государство большевики и что происходит с Малой Русью — Украиной сейчас.

Академик Петр Толочко: «И мне кажется, что даже стыдно, безнравственно отрекаться от него» — [от Русского мира]

«Великое княжество Литовское называлось Великое княжество Литовское и русское. Та часть земель, которая отошла к Польше, называлась Русь польская. Ну я уже не говорю о том, что северо-восточная часть – она так и оставалась русской. Поэтому даже в этот период такого раздрая, захвата русский мир НЕ потерялся. Он сохранил свое название и сущность свою.

Это хорошо отражено в документах. Я скоро издам книгу «От Руси до Украины», и там каждое слово, которое я сейчас говорю, оно там подтверждено документально. И документы НЕ предполагают другого толкования.
И вот то, что мы сейчас встречаем и в учебниках для средней школы, и даже в историях дипломированных ученых, это жульничество. Потому что они опрокидывают в прошлое нынешние наши понятия и термины, и нынешнее наше представление: ах, нам бы хотелось. И т.о. создают нарратив, которого в истории НЕ было. Это всё виртуально. Все эти рассказы о Руси-Украине… об «украинской» какой-то земле…

И украинцев НЕ было. И Украины НЕ было… Ну, украинцев и близко нет. И НЕ было такого народа. И НЕ было такого понятия… Это всё более поздние вещи…

Если говорить о том, когда появилась Украина как географическое понятие, то это – очень поздняя вещь. Это 16-й и начало 17 века. Вот эта небольшая территория между Черкассами и Белой Церковью – она получила название украина. А Украина – это от слова окраина. Это территория, которая находилась между несколькими крупными государствами. Там Московия, здесь Великое княжество Литовское и дальше Польша. Они потом объединились в Речь Посполитую.

И вот в этом пятаке небольшом зарождалось казачество. Кстати, казаки, если бы им сказали, что они – украинские казаки, — немало бы удивились. Как угодно они назывались, только НЕ украинцами. Они назывались просто козаками, они назывались черкасами по имени города Черкассы. Они назывались белорусцами, белорусами. Но никакого понятия об украинцах НЕ было…

А Украина имелась в виду окраина Чернохлабудская. Это тюркское население в Переяславском княжестве на окраинах там, и вот эта Украина тоже его оплакивала, — почившего переяславского князя в летописи 12 века. – Но есть вообще много документов, где четко сказано, что Украина – это такое географическое, ориентационное понятие. И Украин было много. Была Украина тут наша среднеднепровская, но были и Смоленская Украина, были и Польская Украина, была Покутская Украина, даже Татарская Украина была. Было много.

Лица запорожских козаков и турок (со средневековых миниатюр). Найди отличия.

И даже такой курьез был, когда Черкасскому гетьману говорят, чтобы он выступил с казачьими полками, с войском казачьим на защиту Украины, он растерялся. Потому что в этом указании не сказано было, на какую Украину ему выступать? И он опят пишет донесение туда воеводам русским и говорит: вы сказали выступать на Украину, не сказали, на какую?

Вот такое было множество Украин, что человек растерялся и не знал, куда идти.

Поэтому Украина – это, в общем, географическое понятие, и оно трансформировалось в политоним и этноним очень поздно. Очень поздно.

Вот интересные данные о временах воссоединения Украины с Россией. Как мы привыкли говорить. А на самом деле никакая Украина НЕ воссоединялась с Россией. Такого понятия не было – ни политического, ни географического. Воссоединялось с Россией Войско запорожское с городами и селами. Вот это четко государственное объединение имело такое название.

Но когда воссоединились — это государство, — то Богдан Хмельницкий, козацкая старшина решили, что какое-то аморфное выражение Войско запорожское с городами и селами. Надо какое-то название более приличествующее дать. И они начали писать письма московскому царю и называть его Великий Князь, Царь всея Великой и Малой Руси. Хотя у царя титул был Царь и Великий Князь Всея Руси.

Но Богдану Хмельницкому, его старшине, даже духовенству киевскому НЕ интересно было раствориться во всей этой массе Всея Руси. Они хотели, чтобы в царском титуле было название их государства. И больше месяца Богдан Хмельницкий переписывается с Алексеем Михайловичем, и тот отписывает ему: Царь и Великий Князь Всея Руси, — а этот ему навязывает новый титул: Царь и Великий Князь Великой и Малой Руси.

И по истечение месяца царь принимает этот титул, это условие. И это была большая дипломатическая победа Богдана Хмельницкого…

Так вот, возвращаясь к Малой Руси… В этом названии ничего плохого нет. Наоборот. Это очень хорошее название. Это внутренняя Русь. Это корневая Русь, родовая Русь, из которой всё пошло. И таких примеров мы в истории знаем много. И Малая Греция, Малая Испания, Малая Франция, Малая Польша – вот рядом с нами – Краков, это самое ценное, что у них есть, это Мало Польша, которая положила начало польскому государству. И никто НЕ угрызается этим…

Украина в том виде историческом, как часть восточно-славянского православного мира, как часть Русского мира, такая Украина Европе НЕ нужна. Европе нужна Украина как антитеза России… Которая бы враждовала с Россией. Которая бы отказывалась от общего прошлого. И не знаю, неровен час, мы можем потерять эту свою идентичность вековую, идущую от Владимира Святого со времен Киевской Руси.

Мне говорят, что это невозможно. Ну как же невозможно, когда Брестская уния состоялась в 1596 году, это оказалось возможно – оттяпать от православного мира западные территории Украины, нынешней Галичины. Оказалось возможно. И все пошли. И иерархи пошли. Потому что придавили из Рима, придавили из Варшавы, и всё пошло.

Поэтому и сегодня это НЕ исключено.

Поэтому Европе нужна НЕ Украина, а АнтиРоссия…

Научную концепцию они предложить НЕ могут, потому что такой большой, такой длинной истории украинский мир НЕ имеет. Украина и украинцы, как такое этнопонятие, это поздняя вещь. Это уже 19 век. Тем, что мы украинцы, мы должны благодарить исключительно наших просветителей культурных. Это Максимович, тот же Шевенко, тот же Чубинский, Драгоманов и другие.

Я пишу Советская соборная Украина. Потому что соборной она стала только в советское время, собранная в том территориальном понятии, в каком она сегодня существует. Но и тогда сформировалась украинская нация. Вот эта насильственная украинизация. Это то, чего не смогли сделать националисты – ни Петлюра, ни Грушевский, ни Винниченко, — то сделали большевики.

Они с 20-х годов по начало 30-х годов занимались жесткой украинизацией. И создали украинскую нацию они. Создали украинское государство. Создали украинскую церковь сначала автокефальную. Ну, а потом она растворилась.

Поэтому украинцами мы стали очень поздно…

Хотя мне, как историку, жалко, что мы потеряли название родовое, этническое, глубинное, которое просуществовало больше тысячи лет, и удовлетворились названием Украина географическим. На самом деле, в это время, когда была Украина, на территории Украины было еще десять аналогичных земель. Я уже говорил, что и Волынь, и Галичина, и Подолье, и Северия, и Полесье.

Большинство историков выполняет социальный заказ. Ну и политический, может быть, тоже. Но вы знаете, одурманили большую часть населения… Они уже выполняют заказ такой, чтобы искоренить историческую память. Забыть об этой Руси, об этом русском мире, подменить это всё понятием украинский мир или украинская история, или Украина-Русь в крайнем случае еще можно через черточку написать. Хотя такого понятия никогда в истории НЕ было...

Вы знаете, я вот скажу такую вещь, которая очевидно НЕ понравится части наших зрителей и слушателей. Что, когда я закончил писать книгу, я вдруг обнаружил… что успешными мы были только тогда, когда находились в Русском мире.

Как только мы выламывались из этого Русского мира, так и всё сыпалось… никаких успехов у нас НЕ было. Перестали писать летописи, перестали строить города, храмы.

И как только воссоединялись с русским миром… Кстати, во времена гетьмана Мазепы был период – вот эти 20 лет его гетьманства были самые расцветные для Малой Руси. До того момента, когда, не знаю, по какой причине, наверное, старческого слабоумия… он вдруг решил, что счастье будет с Карлом 12-м, а НЕ с Петром первым, которому он служил верой и правдой 20 лет и считался его ближайшим другом. И Петр первый долго НЕ верил, что Мазепа может ему изменить.

Поэтому мне кажется, что сегодня мы, проклиная Русский мир, пытаясь из Украины построить АнтиРоссию, мы отрекаемся от своей исторической памяти. И делаем роковую ошибку.

Поэтому я в заключении скажу, что русский мир – это наш мир. Это мир всего восточного славянства. Это мир нашей истории от Владимира Святого и еще раньше – до сегодняшнего дня.

Если мы от этого вот такого большого материка древнего русского мира оторвемся, то мы будем напоминать перекати поле… Если у народа, страны не будет этого стержня, и его легко сорвать с этого стержня, вот он будет напоминать уже вот это усохшее растение»

Украина — Киев — 14 июля 2020 года