( Read more... )это — политический режим, целиком построенный не просто на «силовой философии», а конкретно на философии разведки и оперативной игры, перенесенной на все пространство публичной и непубличной политики (и внутренней, и международной).
Это, так сказать, «резидентурный политический режим».
Он основан на переносе корпоративной философии разведсообщества на всю политическую, экономическую и культурную жизнь.
Публичное пространство мыслится в этой философии прямо обратным образом, чем в теории политического диалога Юргена Хабермаса. Оно является лишь пространством «охоты».
В нем действуют либо свои, либо те, кто подлежит вербовке, либо сочувствующие по политическим мотивам лица, которые могут быть использованы в оперативной игре, либо враги и представители других разведок.
Вся топология внутрироссийского и мирового публичного пространства в этой схеме выглядит как мир, охваченный нашими резидентурами.
В этом смысле любой назначенец, будь то губернатор, начальник госкорпорации, международный представитель, олигарх оставшийся в стране или олигарх, уехавший из страны, и т.д., рассматривается как «резидент».
Любые институции — от университета до глобальной компании — рассматриваются просто как «институции прикрытия», не имеющие самостоятельной ценности.
Любые формы человеческой слабости — страсть к деньгами, тщеславие, пороки, — все это рассматривается вне морали, но как привлекательный материал для вербовки.
Население внутри страны рассматривается как «профанное». Оно не может быть посвящено в планы тех, кто живет в режиме секретности.
Как формулируется цель политики в такой системе?
( Read more... )Режим, который пытался скрывать свою базовую философию и вести «оперативную игру» с разными идеологиями прикрытия,
играя и в либерализм, и в патриотизм, и в прозападничество, и в антизападничество, и в «ограничения демократии ради безопасности», и в «политику расширения участия ради модернизации»,..
вскрылся, обнаружил свой реальный каркас.
...после этого движение «за честные выборы» и вообще движение «за политические реформы» утратило смысл.
Потому после «вскрытия режима» стало очевидно, что конкурентные выборы в него не встраиваются никак, а политические реформы возможны только как «игра прикрытия».
Хорошая новость тут в том, что...
(этот режим) уже не может морочить головы окружающему миру относительно своей политической философии.
Теперь... этот режим будет изучаться именно как «режим резидентур» —
с его хакерами, Сноуденом,
с его «русским миром» как культурным прикрытием,
с его инструментами политического влияния, создания сетей поддержки,
с его корпоративной философией времен Андропова,
с его «фейковыми новостями»,
иностранными псевдоэкспертами,
сюжетами про девочку Лизу в Германии,
с его вербовкой политических сторонников в других сообществах и т.д. и т.п.
И это очень интересный,
(последний его) этап.
Отсюда:
Александр Морозов
Венеция в Кремле: как «болотные» протесты повлияли на политический режим ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
nslvaf.livejournal.com
![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif){kind=small}
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}