Константин Эггерт В истории с Боингом есть одна существенная деталь: и в Нидерландах, и в Бельгии (тоже потерявшей в катастрофе несколько граждан) существует институт независимых следственных судей. Они часто берут на себя наиболее тяжелые и резонансные дела. Если следственная группа назовет конкретные имена подозреваемых, то такой судья может открыть дело (например, по признакам военного преступления) против любого лица. Наиболее яркий пример деятельности таких судей — охота на бывшего чилийского диктатора Аугусто Пиночета, которую много лет вел испанский следственный судья Бальтазар Гарсон.
Остановить этот юридический экспресс нереально. Многие в России верят в теории заговора и в то, что на самом деле судьбу расследования решат политики в тиши масонских лож и штаб-квартиры ЦРУ (куда же без него!). Россияне, причем часто довольно высокопоставленные, просто никак не могут взять в толк: руководителю международной следственной группы голландцу Фреду Вестербеке не может позвонить какой-нибудь местный Бастрыкин и сказать: «Ну, вы там полегче с выводами. Не надо раздражать Москву. Да и наши фермеры хотят быстрее вернуться на российский рынок мяса и молока, когда санкции снимут. Ты меня понял, Фред? Давай, действуй». Такой звонок, в отличие от России, в Нидерландах стал бы концом карьеры звонящего и началом его пути на скамью подсудимых.
Эту тему я обсуждал недавно с одним из членов верхней палаты парламента королевства Нидерланды и спросил его, почему расследование длится так долго. Ведь с точки зрения среднего россиянина, если тянут, значит не хватает доказательств, или готовят фальсификации, или нет указаний сверху, как вести дело. Мой собеседник посмотрел на меня как на младшеклассника, грустно улыбнулся и ответил: «Следственная группа должна представить такие выводы, которые в нашем суде будут выглядеть не просто убедительно, а неопровержимо. Поэтому работать будут столько, сколько нужно. Но в результате не сомневайтесь».
Вот это знание русским - ну никак не дается. Квадратный трехчлен хоть и с трудом, но они представить себе могут.
А вот судью, который ни от кого звонков не принимает, и решает вопрос, исходя из личного опыта, знаний и - самое загадочное - ЛИЧНОЙ СОВЕСТИ - вот этого ни понять, ни вообразить себе личное воображение русского человека не может.
И в этом - корень проблемы. Понимать по-настоящему смысл происходящего на Западе русские смогут лишь тогда, когда образ независимого судьи сможет поселиться в их воображении, не вызывая при этом жестокого когнитивного диссонанса.
Взято у:
https://trim-c.livejournal.com/2436291.html