Дедывоевали. Правда не понятно с кем и не понятно на кой

[vodomotornik.livejournal.com]

Оригинал взят у vodomotornik в Дедывоевали. Правда не понятно с кем и не понятно на кой

К слову, подобное я слышал от старших про эвакуированных. В частности в известный город Муром, где у меня не мало родичей. Из эвакуированных тогда в 1941 -42 году выжили далеко не все.

Оригинал взят у sapojnik в Гибель 37-й сд

Работал тут давеча в Пензенской области. Как обычно, завершив основные дела, уселись вечером (точнее, уже почти заполночь) с местными активистами попить чаю "на сон грядущий", заодно поболтать "в целом", "за жизнь".

Я, болтая в чашке чайным пакетиком (чтоб быстрее заварился), начал рассказывать, по обыкновению, про свой любимый Магадан. Про низко висящее небо, про постоянный ветер с бухты - летом очень приятный, во все прочие времена пробирающий буквально до костей... Про Трассу, построенную руками з/к: едешь из аэропорта, а тебе меланхолично рассказывают - вот тут слева в 38-м лагерь полностью замерз зимой, полторы тысячи человек вместе с охранниками - очень холодная была зима; вот здесь бунт был знаменитый; а кстати, мы сейчас по костям едем - знаете? Да, плиты для дороги на кораблях привозили, зеки были слабенькие, выгружали все вручную, бывало, какой-то доходяга не выдержит, упадет в грязь - так на него прямо плиту и клали - много их тут таких...

Вот на этом месте меня перебили:

- Да что там Колыма, у нас тут тоже самое!

- Как то же самое?

- Да такая же дорога, Москва - Самара. "Старую" тут немцы пленные строили, так старики рассказывают, что все точно так же: немцев кормили кое-как, многие там прямо в дорожном полотне и "похоронены"...

- И вообще, - задумчиво сказала та, что в обычной жизни работала директором Музея, - у нас же тут места страшные. Вот ж/д станция Селикса - слышали?

Я признался, что нет.

- Тут совсем недалеко, 20 км от Пензы. В 1941 году возле этой станции устроили большой формировочный пункт: сюда собирали, с одной стороны, мобилизованных со всей области, и одновременно - сюда же везли со всей Средней Азии: из Таджикистана, Киргизии, Узбекистана. Мой дед попал в эту мобилизацию - и тоже застрял на этой станции Селикса. Туда всех свозили, выгружали... А условий - никаких. Только пара недостроенных бараков. И чистое поле, точнее - болота вокруг.
Почему-то оттуда долго никого не отправляли, всё "формировали". А тут зима наступила, морозы ударили. А люди-то, особенно те, кого из Азии привезли - все в основном в летнем! Обмундирования выдавали очень мало, почти не кормили, обогреваться тоже было нечем. Огромная скученность, но и чтоб помыться - такого тоже не было. Дед рассказывал: утром из барака вылезешь, решишься на морозе вытрясти полушубок, который ему бабка передала - а снег весь черный, и насекомых туча...
Словом, ту зиму 41-42 гг. мало кто пережил. Особенно южане не выдерживали холода и голода - умирали тысячами. Рассказывают, что в марте 42-го сюда приехал "для проверки" Ворошилов с какими-то чинами из НКВД: они, по легенде, собрали весь комсостав, что был под Селиксой, отвезли их в недалекий карьер и там всех расстреляли.
Ну а умерших закопали в братских могилах, они недалеко от трассы. Там огромные могильники. Всего за ту зиму умерло около 25 тыс. человек - в полном составе 37-я стрелковая дивизия. Даже не сделала ни одного выстрела - погибла вся.

"Да-а, - думал я, обалдев. - Попала дивизия в смертельное окружение в собственном глубоком тылу..."

- Сюда, в область, к нам еще лет 30 после войны люди приезжали - в основном оттуда, с Юга. Искали эту чертову Селиксу. У кого-то брат, у кого-то сын или жених; забрали в армию, все
письма - только с этой Селиксы, потом тишина - и извещение, типа, "пал смертью храбрых" или "пропал без вести".

- Скрывали так, - пояснили мне. - Не писать же - "умер от голода в тылу". Все засекретили, а родным стандартные "похоронки" присылали, вроде погиб на фронте... Этим приезжим из Душанбе или Ташкента даже братских могил не показывали - нельзя. Да и сейчас архивы по этой армии в Санкт-Петербурге, они засекречены.

- До сих пор? - удивился я.

- До сих пор.



А вот что удалось мне найти по теме в местной пензенской прессе:

Селиксенские лагеря создавались в спешке и не были готовы принять такое количество новобранцев. Это привело к гибели множества солдат от голода, обморожений и отравлений. По словам очевидцев, солдатам приходилось жить в наскоро вырытых землянках, ходить разутыми зимой, выпрашивать у местных жителей еду.
Информация о том, что на самом деле творилось в селиксенских лагерях, по-прежнему остается засекреченной. По свидетельствам очевидцев, руководящий состав 37 запасной стрелковой дивизии, пользуясь бесправием солдат, расхищал продукты питания и обмундирование с целью их дальнейшей реализации. Этот произвол продолжался до начала 1942 г., пока в Селиксу не прибыла инспекция под руководством Климента Ворошилова... и т.д.

Жива еще провинциальная пресса!

К слову, это все как бы не боевые потери. Т.е. гражданское население, павшее от рук "немецко-фошисских загарбныкив". Нельзя же написать, что целая дивизия померла от распиздяйства и похуизма командования. Очень охотно в это верю. Тем более, что в позднесоветской и в постсоветской армии условия не всегда лучше, чем в этом прекрасном лагере смерти. Например, мой знакомый служил в части, где казармы не топили почти всегда, а спать в обмундировании или просто в какой одежде запрещалось. Не положено по уставу и пиздец. Из лекарств, ЧСХ, только йод. Как романе известного коммуняки Гайдара, "Школа".