![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
proben.livejournal.com posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
urb_aЗа что погибли наши парни? Субъективные размышления по поводу трагедии в Азовском море
Эта трагедия всколыхнула все Приазовье. Потому что почти у каждого из нас есть свое особое измерение той беды. Лично я прекрасно знаю двоих пострадавших. Юрка Бойко - мой одноклассник, а Димка Дараган, - вообще сосед. Его родители (отца уже нет в живых), - уважаемые в Безыменном люди, а старший брат учился в школе вместе с моим средним братом.
И когда мне по долгу службы приходится узнавать новости о трагедии, перед глазами стоит картина. Мне тогда было лет пятнадцать, было лето, жара, мы стоим вместе с моим школьным другом Игорем Устименко возле его двора на улице Пушкина, а мимо пробегает семилетний пацан – его сосед и родственник Димка. Тогда еще почему-то подумалось, что мальчишка – не в дараганскую породу: они все – крепкие и плотные, а вот он какой-то худой…
А завтра их, и Димку, и Юрку, будут хоронить…
Других погибших я не знаю, но то, что у самсоновских парней остались жены с малыми детками на руках – вообще ужас. Как и ужасна вся ситуация. Если с тем, что в море периодически тонут рыбаки, на побережье давно смирились, рыбацкая удача всегда ходит в обнимку со смертью, то как смириться с тем, что наших ребят раздавили военным катером?
Многие из знакомых уже называют фашистами тех российских пограничников, которые с особой храбростью потопили ту злосчастную лодку. Мне трудно судить о том, что произошло, пока во всем трагическом происшествии больше слухов, чем достоверной информации. Одно понятно: для представителей нашего братского государства намного важнее было задержать «нарушителя», чем сохранить жизнь мирным людям. Поэтому они и отнеслись к украинским гражданам как к настоящим террористам. Иного объяснения лично у меня нет.
Сегодня на волне горя некоторые станут обвинять всех россиян в случившейся трагедии, а также говорить: «Смотрите, какие на самом деле эти русские. С одной стороны, зовут Украину в Таможенный Союз, а с другой – топят в открытом море ее граждан». Я бы не стал так говорить. Подлецов везде хватает, и вся страна не может нести ответственность за действия нескольких опьяненных безнаказанностью людей в погонах. Чем лучше наши гаишники, которые радостно бегут со своими жезлами навстречу любой российской машине?
Кроме того, мы доподлинно не знаем, что именно произошло там. И, боюсь, навряд ли узнаем. Другое дело, этот случай показал, что некоторые чиновники соседнего государства до сих пор страдают в отношении Украины и украинцев «комплексом старшего брата». Взять, хотя бы, информационный вакуум, который организовала российская сторона в отношении инцидента. Или тот факт, что старшего брата одного из пострадавших не пускают ни в больницу, ни в морг. Если к нам будут продолжать относиться как к младшим и несмышленым родственникам, то о каком союзе с такой страной может идти речь? Уверен, есть о чем задуматься российскому руководству, если оно, конечно, заметило эту трагедию.
Впрочем, украинской власти следует задуматься еще больше, потому что, по большому счету, в случившейся беде ее вина – не последняя.
У нас в Приазовье уже несколько поколений жителей ловят рыбу. Например, среди моих безыменских предков, родственников, друзей и знакомых добрая половина жила с этого промысла. Вне зависимости, разрешала его власть или нет. Даже при Союзе, когда с браконьерством боролись серьезно, «лазили в море». Но тогда была государственная политика в отношении сохранении запасов Азовского моря, рыбколхозы серьезно занимались воспроизводством, поэтому местные неорганизованные рыбаки не могли нанести большого вреда.
И когда Союз развалился, а рыба в море еще была, раздавались здравые голоса о том, что необходимо принять соответствующие законы, чтобы регламентировать процесс рыбной ловли, ввести его в легальное русло. Но они так и не были приняты, слишком многие были заинтересованы в том, чтобы все эти доходы уходили в тень. Как говорил один мой знакомый: «Я готов платить государству, а не «крыше». Только государство этого не хочет». Поэтому за пару десятилетий работы «под черным флагом» рыбу из нашего моря выловили. Не говоря уже о красной рыбе, нет уже толком ни судака, ни таранки, ни даже пеленгаса. Вот и подались рыбаки к российским берегам. Там традиционно больше рыбы, да и ее воспроизводством худо-бедно занимаются. Временами такие вылазки заканчивались арестом наших лодок, ходили слухи, что кого-то там погранкатер даже обстрелял, но, в основном, до того дня все заканчивалось мирно. Поговаривают, что и с неподкупными российскими пограничниками вполне можно договориться: братья, как никак, хорошо понимают язык долларов.
По мере того, как уменьшались запасы моря, уменьшалось и количество рыбаков. Но тут после «бойковского социализма», сельское хозяйство Приазовья почувствовало тяжелую длань капитализма. Тысячи людей потеряли привычную работу - источник существования своих семей. Некоторые, чтобы прокормиться, стали заниматься хозяйством, другие уехали искать лучшей доли в тот же Мариуполь, а кое-кого нужда заставила идти, по образному выражению одной жительницы Безыменного, «цедить море». А куда деваться? Надо же за что-то жить! Вот эта безнадега и толкает наших мужиков на тяжелый и опасный труд, за который, временами, не то что ничего не заработаешь, а еще и должен останешься.
Что же касается государства, то оно давно уже отвернулось от своих простых граждан, которые вынуждены бороться за свое существование. Власть независимо от цветов своих флагов, занимается исключительно одним и тем же – усиленно набивает свои карманы. На другое просто времени не хватает. Разве ей есть дело до судеб каких-то безыменских и самсоновских парней и их детей? За двадцать два года независимости они не могут даже о проведении границы по Азовскому морю договориться, не то, чтобы разработать и реализовать программу по восстановлению его запасов. Поэтому, кроме ритуальных заявлений президента и МИДа, навряд ли следует от украинского руководства ждать каких-то реальных шагов по расследованию инцидента и помощи семьям пострадавших. Им, этим семьям, придется теперь жить со своим горем и надеяться только на себя.
Пройдет внимание журналистов, которые буквально донимали несчастных матерей и жен своими расспросами, телеканалы переключатся на другие чрезвычайные происшествия, которых в наши дни пруд пруди, и останутся они наедине со своими проблемами. Как дальше жить? Как поднимать детей без отцов? И как такое вообще могло случиться?
Не знаю, как ответить на эти вопросы, да и никто не знает. Каждому предстоит пройти свой путь и нести свой крест, даже если он такой тяжелый. А мы, их земляки, можем только попросить прощения у них за все, что сделали и не сделали. И постараться помочь: кто чем может. Ради светлой памяти парней и ради будущего их детей…
Сергей Шведко.
\"Родное Приазовье\"
www.rp-ua.com/news_novo.php?id=6673
Эта трагедия всколыхнула все Приазовье. Потому что почти у каждого из нас есть свое особое измерение той беды. Лично я прекрасно знаю двоих пострадавших. Юрка Бойко - мой одноклассник, а Димка Дараган, - вообще сосед. Его родители (отца уже нет в живых), - уважаемые в Безыменном люди, а старший брат учился в школе вместе с моим средним братом.
И когда мне по долгу службы приходится узнавать новости о трагедии, перед глазами стоит картина. Мне тогда было лет пятнадцать, было лето, жара, мы стоим вместе с моим школьным другом Игорем Устименко возле его двора на улице Пушкина, а мимо пробегает семилетний пацан – его сосед и родственник Димка. Тогда еще почему-то подумалось, что мальчишка – не в дараганскую породу: они все – крепкие и плотные, а вот он какой-то худой…
А завтра их, и Димку, и Юрку, будут хоронить…
Других погибших я не знаю, но то, что у самсоновских парней остались жены с малыми детками на руках – вообще ужас. Как и ужасна вся ситуация. Если с тем, что в море периодически тонут рыбаки, на побережье давно смирились, рыбацкая удача всегда ходит в обнимку со смертью, то как смириться с тем, что наших ребят раздавили военным катером?
Многие из знакомых уже называют фашистами тех российских пограничников, которые с особой храбростью потопили ту злосчастную лодку. Мне трудно судить о том, что произошло, пока во всем трагическом происшествии больше слухов, чем достоверной информации. Одно понятно: для представителей нашего братского государства намного важнее было задержать «нарушителя», чем сохранить жизнь мирным людям. Поэтому они и отнеслись к украинским гражданам как к настоящим террористам. Иного объяснения лично у меня нет.
Сегодня на волне горя некоторые станут обвинять всех россиян в случившейся трагедии, а также говорить: «Смотрите, какие на самом деле эти русские. С одной стороны, зовут Украину в Таможенный Союз, а с другой – топят в открытом море ее граждан». Я бы не стал так говорить. Подлецов везде хватает, и вся страна не может нести ответственность за действия нескольких опьяненных безнаказанностью людей в погонах. Чем лучше наши гаишники, которые радостно бегут со своими жезлами навстречу любой российской машине?
Кроме того, мы доподлинно не знаем, что именно произошло там. И, боюсь, навряд ли узнаем. Другое дело, этот случай показал, что некоторые чиновники соседнего государства до сих пор страдают в отношении Украины и украинцев «комплексом старшего брата». Взять, хотя бы, информационный вакуум, который организовала российская сторона в отношении инцидента. Или тот факт, что старшего брата одного из пострадавших не пускают ни в больницу, ни в морг. Если к нам будут продолжать относиться как к младшим и несмышленым родственникам, то о каком союзе с такой страной может идти речь? Уверен, есть о чем задуматься российскому руководству, если оно, конечно, заметило эту трагедию.
Впрочем, украинской власти следует задуматься еще больше, потому что, по большому счету, в случившейся беде ее вина – не последняя.
У нас в Приазовье уже несколько поколений жителей ловят рыбу. Например, среди моих безыменских предков, родственников, друзей и знакомых добрая половина жила с этого промысла. Вне зависимости, разрешала его власть или нет. Даже при Союзе, когда с браконьерством боролись серьезно, «лазили в море». Но тогда была государственная политика в отношении сохранении запасов Азовского моря, рыбколхозы серьезно занимались воспроизводством, поэтому местные неорганизованные рыбаки не могли нанести большого вреда.
И когда Союз развалился, а рыба в море еще была, раздавались здравые голоса о том, что необходимо принять соответствующие законы, чтобы регламентировать процесс рыбной ловли, ввести его в легальное русло. Но они так и не были приняты, слишком многие были заинтересованы в том, чтобы все эти доходы уходили в тень. Как говорил один мой знакомый: «Я готов платить государству, а не «крыше». Только государство этого не хочет». Поэтому за пару десятилетий работы «под черным флагом» рыбу из нашего моря выловили. Не говоря уже о красной рыбе, нет уже толком ни судака, ни таранки, ни даже пеленгаса. Вот и подались рыбаки к российским берегам. Там традиционно больше рыбы, да и ее воспроизводством худо-бедно занимаются. Временами такие вылазки заканчивались арестом наших лодок, ходили слухи, что кого-то там погранкатер даже обстрелял, но, в основном, до того дня все заканчивалось мирно. Поговаривают, что и с неподкупными российскими пограничниками вполне можно договориться: братья, как никак, хорошо понимают язык долларов.
По мере того, как уменьшались запасы моря, уменьшалось и количество рыбаков. Но тут после «бойковского социализма», сельское хозяйство Приазовья почувствовало тяжелую длань капитализма. Тысячи людей потеряли привычную работу - источник существования своих семей. Некоторые, чтобы прокормиться, стали заниматься хозяйством, другие уехали искать лучшей доли в тот же Мариуполь, а кое-кого нужда заставила идти, по образному выражению одной жительницы Безыменного, «цедить море». А куда деваться? Надо же за что-то жить! Вот эта безнадега и толкает наших мужиков на тяжелый и опасный труд, за который, временами, не то что ничего не заработаешь, а еще и должен останешься.
Что же касается государства, то оно давно уже отвернулось от своих простых граждан, которые вынуждены бороться за свое существование. Власть независимо от цветов своих флагов, занимается исключительно одним и тем же – усиленно набивает свои карманы. На другое просто времени не хватает. Разве ей есть дело до судеб каких-то безыменских и самсоновских парней и их детей? За двадцать два года независимости они не могут даже о проведении границы по Азовскому морю договориться, не то, чтобы разработать и реализовать программу по восстановлению его запасов. Поэтому, кроме ритуальных заявлений президента и МИДа, навряд ли следует от украинского руководства ждать каких-то реальных шагов по расследованию инцидента и помощи семьям пострадавших. Им, этим семьям, придется теперь жить со своим горем и надеяться только на себя.
Пройдет внимание журналистов, которые буквально донимали несчастных матерей и жен своими расспросами, телеканалы переключатся на другие чрезвычайные происшествия, которых в наши дни пруд пруди, и останутся они наедине со своими проблемами. Как дальше жить? Как поднимать детей без отцов? И как такое вообще могло случиться?
Не знаю, как ответить на эти вопросы, да и никто не знает. Каждому предстоит пройти свой путь и нести свой крест, даже если он такой тяжелый. А мы, их земляки, можем только попросить прощения у них за все, что сделали и не сделали. И постараться помочь: кто чем может. Ради светлой памяти парней и ради будущего их детей…
Сергей Шведко.
\"Родное Приазовье\"
www.rp-ua.com/news_novo.php?id=6673
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}