Пока Девятая мотодивизия турецких янычар под видом дальнобойщиков стремительно рвется к мирно спящей Москве, Путин заседает с друзьями. Не ест, не пьет – думает, как еще "более адекватней" ответить туркам.
– Владимир Владимирович, надо перекрыть русско-турецкую границу!
– Еще не перекрыли?!
– Мышь не протиснется. Но вокруг Омска и Томска люди шастают.
– Срочно исправить! Скажите, Путин приказал, люди поймут. Интересно, каким будет ответ турок?
– Закроют Черное море! Я бы закрыл, само просится.
– А упредить нельзя? Они только за щеколду – а мы сами замуровались. "Кто там?"
– Гениально, Владимир Владимирович! "Почтальон Печкин. Принес журнал Мурзилка".
– Не отвлекаемся. Итак, сидим как в танке с мурзилкой. Что дальше?
– Надо поддержать ТПЦ. Просьба Зюганова.
– Коммунистическая партия Турции?
– Нет, Турецкая православная церковь. Он теперь по православным. Турецкие попы сидят в подполье и хотят отжать Собор святой Софии. Но у них нет вето в Совете безопасности, и их никто не боится. Поможем, Владимир Владимирович?
– Чем? У нас самих атомные бомбы наперечет.
– Саратовские школьники собирают на новую. С их родителями уже работаем. Инициатива Зюганова представляется перспективной. Нельзя его кинуть.
– Кинуть зюгу? Нет, нельзя.
– А еще, Владимир Владимирович, министр культуры предложил: пусть наш посол явится к ним без штанов!
– Не понял. Чей министр культуры?
– У них нет культуры, поэтому наш. Схема такая: мы что-нибудь учиним, типа закроем туркам Берингов пролив, и нашего посла вызовут в МИД для разъяснений. Подъезжает Андрей Карлов такой из себя в белой рубашке, с бабочкой на вымени, духами разит. Вылезает из лимузина – а брюк нет! Трусов тоже! И бегом по мраморной лестнице вверх, к министру внешних дел. Для турок – пощечина ниже пояса.
– Думаете, Карлов согласится?
– Обижаете, Владимир Владимирович. Один ваш звонок – он и жену с собой прихватит в таком же виде.
– Жену в таком виде не надо! Не настолько мы садисты. Есть еще предложения по культуре?
– Владимир Владимирович, а давайте отменим танец живота! Народ поддержит. У нас животом не пляшут.
– Разве он турецкий?
– Объявим, что турецкий, – и отменим.
– Арабы тоже обидятся.
– Да и хрен с ними. Главное, чтоб турки.
– Еще, Владимир Владимирович, хорошо бы на Арарат десант высадить. И держать высотку до последнего армянина. Эрдоган удушится от одной картинки с флагом.
– Мне не надо "удушится". Мне надо, чтоб лопнул с досады.
– Предлагаю запретить Турецкий гамбит! Точно лопнет.
– Шахматы? Отличная идея. Я перетру с федерацией. Сам любитель древней игры. Они не откажут. Но как приструнить пенсионеров в парках? Для них этот гамбит, может, последняя отдушина в жизни.
– Два жестких полицейских рейда по паркам – и прощай, отдушина!
– Это кино.
– Что кино?
– Турецкий гамбит это кино.
– Жаль. С кино бороться проще, чем с шахматами. Все-таки на доске требуется извращение мысли. Вот где арена для настоящего чекиста! Еще Феликс обожал после работы дамку на проходе взять.
– Заодно объявим вне закона Турецкий марш!
– У них еще и марш есть?
– Моцарта.
– Если Моцарта, то Меркель будет против. Она его на ночь.
– Тогда просто поменяем.
– Что на что? Меркель на Моцарта?
– Нет, Турецкий марш на Сирийский.
– Отлично! Сирийский марш в память русского летчика Какашкина, убитого в спину турками.
– Красивое название. Вот тебе и почтальон Печкин!
– Извините, Владимир Владимирович. Может, вы в Эрдогана все-таки плюнете? Он как бы ждет. Все соберутся на форуме, встанут фотографироваться, а вы так вальяжно подходите и – хварк – прямо в глаз. Теперь он может сказать: жизнь удалась!
– Не получится, я все равно опоздаю.
– И правильно. Вы человек мирный. У вас, Владимир Владимирович, во рту столько слюны нету.
– С детства страдаю.
– Ну так возьмите мою!
– Нет, мою!
– Нет, мою!
– Стойте! Что за шум под окном?
– Владимир Владимирович, какие-то фуры въезжают на территорию Кремля.
– Ой, да это же турки-дальнобойщики!
– Спасайся кто может!
– Под стол, под стол! Владимир Владимирович, здесь всем места хватит.
– (Шепотом.) Так это наши или турки? Проясните.
– Какая теперь разница!
– Не пихайся, ты. Лежи тихо, презик гребанный. Замри!
На телефоне тихо звучит Сирийский марш Моцарта.