Оригинал взят у
rusmskii в И.Я.Франко о русском мире, кто жил в Галиции и откуда там появились украинцы и Украина.
Два отрывка из работы Ивана Яковлевича Франко «Южнорусская литература».
"Впоследствии, когда правительство, уступая требованиям поляков, захотело в народных школах совсем упразднить русинский язык и книги, печатанные русскими буквами, на том основании, что «русинский язык — наречие польского», Мо-
гильницкий в пространном реферате доказал несостоятельность того взгляда. Сущность реферата была им впоследствии обработана как первая в Галиции грамматика русинского (южнорусского) языка; эта грамматика осталась ненапечатан-
ной, и только краткое изложение ее появилось в 1829 г. в польском переводе.
Со времени перехода Галиции под власть Австрии, несмотря на официальную германизацию, не смотря даже на некоторую поддержку правительства русинскому элементу, полонизм сделал громадные успехи среди русинской интеллигенции. Зажиточное мещанство, много мелких помещиков, которые около 1772 г. еще считали себя русинами и употребляли русинский разговорный язык, теперь окончательно ополячились. Не только ополяченные издавна базилиане, не толь-
ко епископы, назначавшиеся исключительно из польских шляхетских семейств, но и светское духовенство, городское и сельское, начало быстро ополячиваться, употреблять в домашнем разговоре польский язык и обращаться даже к простому народу с польскими проповедями. Даже сознательные русины следуют этому общему течению; один из лекторов «русинского университета», Михаил Гарасевич, издает (1777–78) польский журнал «Dziennik patryotycznych polityków» и пишет свои «Annales ecclesiae ruthenae» по-латыни; русинские клирошане Левинский и Бродович пишут свои мемуары, свидетельствующие о живом чувстве национальной обособ-
ленности от поляков, по-польски; львовский митрополит Ангелович защищает австрийское правительство против упреков в вероломстве на польском, немецком и французском языках, но с пастырскими посланиями к своей пастве обращается
только по-польски; тот же язык употребляет и такой горячий русинский патриот, как перемышльский епископ Иоанн Снегурский.
Причины этому: с одной стороны, зачаточное состояние русинской письменности и просвещения, при забвении старой литературы и при оторванности галицких русинов от общения с прочим русским миром; с другой стороны — обаяние польской революционно-демократической легенды (Костюшко, легионы) и новой польской литературы, пышно расцветавшей именно после падения польского государства.
Только с началом 30-х годов чувствуется новое веяние. Польское восстание 1830–31 г. встречает среди значительной части русинской интеллигенции глухую оппозицию, нашедшую литературное отражение в популярной тогда — польской! — песне: «Kto Lach, ma strach».
Из Украины проникают в Галицию «Энеида» Котляревского, грамматика Павловского, собрания народных песен Цертелева и Максимовича; эти книги, равно как и польские
статьи Воронича, Бродзинского, Ходаковского, пробуждают и среди галицких русинов интерес к народной песне, языку, к древностям их родины. Результатом этого интереса и дальнейшим его стимулом является изданная в 1833 г. книга поляка Вацлава Залеского: «Piesni polskie i ruskie ludu galicyjskiego». Хотя тексты песен напечатаны здесь все латинским шрифтом, хотя песни русинские перемешаны с польскими,тем не менее русины могли с гордостью смотреть на это издание: оно не только открывало им красоту, образность и богатство родной речи, но показывало ясно, что народное творчество русинов несравненно богаче, разнообразнее такого же польского, которое Залеский нашел уместным подкрепить массой искусственных романсов, взятых из польской литературы XVIII–XIX в. Почти непосредственно после издания в свет этой книги начинаются первые проблески литературного возрождения галицких русинов".
**
"В литературном отношении в начале 60-х годов видно тоже как будто оживление. В 1860 г. Б. Дидыцкий, при содействии почти всех наличных галицко-русских писателей, издает сборник «Зоря галицкая яко альбум» в честь епископа Гр. Яхимовича; за исключением ценных исторических материалов, это было, однако, как бы подведением итога всем ошибкам, какие сделала Галицкая Русь в 50-х годах. Сам Дидыцкий понял, что в этом направлении идти далее некуда. Начав в том же 1860 г. издавать политическую газету «Слово», он пригласил к себе в сотрудники украинцев и допустил в их статьях употребляемое ими фонетическое правописание. Но это была только уступка зарождавшемуся уже в Галиции украинофильскому движению; с 1864 г., когда это движение успело несколько окрепнуть и отношения между ним и старой партией обострились, терпимость была признана неудобной, и «Слово» пошло совсем другим путем.
Толчком к новому украинофильскому движению среди галицко-русской молодежи послужило прежде всего ее ознакомление с поэзией Шевченка и с другими представителями украинской литературы. Изданные в 1859 г. в Лейпциге некоторые нецензурные стихотворения Шевченка впервые проникли в Галицию и поразили молодежь как что-то совсем новое и неслыханное. В 1860 г. появилось в Петербурге новое, более полное издание «Кобзаря», и для галицко-русской молодежи открылся
новый мир. В этом мире она прежде всего увидела Украину, с ее степями, казачеством и «волей»! До сих пор она смотрела на все это глазами «Тараса Бульбы» и польских романтиков, особенно М. Чайковского, увлекаясь пышными картинами, но не чувствуя при этом ничего”.
"Впоследствии, когда правительство, уступая требованиям поляков, захотело в народных школах совсем упразднить русинский язык и книги, печатанные русскими буквами, на том основании, что «русинский язык — наречие польского», Мо-
гильницкий в пространном реферате доказал несостоятельность того взгляда. Сущность реферата была им впоследствии обработана как первая в Галиции грамматика русинского (южнорусского) языка; эта грамматика осталась ненапечатан-
ной, и только краткое изложение ее появилось в 1829 г. в польском переводе.
Со времени перехода Галиции под власть Австрии, несмотря на официальную германизацию, не смотря даже на некоторую поддержку правительства русинскому элементу, полонизм сделал громадные успехи среди русинской интеллигенции. Зажиточное мещанство, много мелких помещиков, которые около 1772 г. еще считали себя русинами и употребляли русинский разговорный язык, теперь окончательно ополячились. Не только ополяченные издавна базилиане, не толь-
ко епископы, назначавшиеся исключительно из польских шляхетских семейств, но и светское духовенство, городское и сельское, начало быстро ополячиваться, употреблять в домашнем разговоре польский язык и обращаться даже к простому народу с польскими проповедями. Даже сознательные русины следуют этому общему течению; один из лекторов «русинского университета», Михаил Гарасевич, издает (1777–78) польский журнал «Dziennik patryotycznych polityków» и пишет свои «Annales ecclesiae ruthenae» по-латыни; русинские клирошане Левинский и Бродович пишут свои мемуары, свидетельствующие о живом чувстве национальной обособ-
ленности от поляков, по-польски; львовский митрополит Ангелович защищает австрийское правительство против упреков в вероломстве на польском, немецком и французском языках, но с пастырскими посланиями к своей пастве обращается
только по-польски; тот же язык употребляет и такой горячий русинский патриот, как перемышльский епископ Иоанн Снегурский.
Причины этому: с одной стороны, зачаточное состояние русинской письменности и просвещения, при забвении старой литературы и при оторванности галицких русинов от общения с прочим русским миром; с другой стороны — обаяние польской революционно-демократической легенды (Костюшко, легионы) и новой польской литературы, пышно расцветавшей именно после падения польского государства.
Только с началом 30-х годов чувствуется новое веяние. Польское восстание 1830–31 г. встречает среди значительной части русинской интеллигенции глухую оппозицию, нашедшую литературное отражение в популярной тогда — польской! — песне: «Kto Lach, ma strach».
Из Украины проникают в Галицию «Энеида» Котляревского, грамматика Павловского, собрания народных песен Цертелева и Максимовича; эти книги, равно как и польские
статьи Воронича, Бродзинского, Ходаковского, пробуждают и среди галицких русинов интерес к народной песне, языку, к древностям их родины. Результатом этого интереса и дальнейшим его стимулом является изданная в 1833 г. книга поляка Вацлава Залеского: «Piesni polskie i ruskie ludu galicyjskiego». Хотя тексты песен напечатаны здесь все латинским шрифтом, хотя песни русинские перемешаны с польскими,тем не менее русины могли с гордостью смотреть на это издание: оно не только открывало им красоту, образность и богатство родной речи, но показывало ясно, что народное творчество русинов несравненно богаче, разнообразнее такого же польского, которое Залеский нашел уместным подкрепить массой искусственных романсов, взятых из польской литературы XVIII–XIX в. Почти непосредственно после издания в свет этой книги начинаются первые проблески литературного возрождения галицких русинов".
**
"В литературном отношении в начале 60-х годов видно тоже как будто оживление. В 1860 г. Б. Дидыцкий, при содействии почти всех наличных галицко-русских писателей, издает сборник «Зоря галицкая яко альбум» в честь епископа Гр. Яхимовича; за исключением ценных исторических материалов, это было, однако, как бы подведением итога всем ошибкам, какие сделала Галицкая Русь в 50-х годах. Сам Дидыцкий понял, что в этом направлении идти далее некуда. Начав в том же 1860 г. издавать политическую газету «Слово», он пригласил к себе в сотрудники украинцев и допустил в их статьях употребляемое ими фонетическое правописание. Но это была только уступка зарождавшемуся уже в Галиции украинофильскому движению; с 1864 г., когда это движение успело несколько окрепнуть и отношения между ним и старой партией обострились, терпимость была признана неудобной, и «Слово» пошло совсем другим путем.
Толчком к новому украинофильскому движению среди галицко-русской молодежи послужило прежде всего ее ознакомление с поэзией Шевченка и с другими представителями украинской литературы. Изданные в 1859 г. в Лейпциге некоторые нецензурные стихотворения Шевченка впервые проникли в Галицию и поразили молодежь как что-то совсем новое и неслыханное. В 1860 г. появилось в Петербурге новое, более полное издание «Кобзаря», и для галицко-русской молодежи открылся
новый мир. В этом мире она прежде всего увидела Украину, с ее степями, казачеством и «волей»! До сих пор она смотрела на все это глазами «Тараса Бульбы» и польских романтиков, особенно М. Чайковского, увлекаясь пышными картинами, но не чувствуя при этом ничего”.
no subject
Date: 2013-01-30 07:52 am (UTC)Всі національні відродження і розвиток національної свідомості в усіфх країнах починались в Університетах
Перший Класичний Університет в Україні зявивсяс в Харкові і був він відритий на зібрані народом гроші
no subject
Date: 2013-01-30 08:06 am (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 08:56 am (UTC)Какие вы всё таки одинаковые, жалкие плагиаторы и ассимиляторы - неудачники.
Попытки ославяненных балтов - поляков и ославяненных финнов - русских ассимилировать коренной украинский этнос выглядят как попытки импотента изнасиловать девицу.
Не может Гондурас навязать свою идентичность матери-Испании, рыба назад не плавает.
no subject
Date: 2013-01-30 09:51 am (UTC)Здавалося б в РФ є більш важливі задачі. Наприклад, повалення росіянського режиму Пусіна.
В 19 столітті кацапська культура не мала ніякої цінності. Вона помітно відставала від польської, не кажучи вже про німецьку або французьку. Кацапська мова навіть не давала виходу до світової культури, бо галицькі українці мали те все доста, бо вся галицька інтелігенція знала німецьку мову і тому кацапізм там не мав ніяких перспектив.
Ще була замануха з кривослав'ям, але самі кацапи в 19 столітті давно перестали бути кривославними фанатиками, а єдність з Римом давала непагані результати.
no subject
Date: 2013-01-30 10:50 am (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 11:12 am (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 11:38 am (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 11:43 am (UTC)К началу 60-х годов учебный персонал X. университета состоял из 50 лиц, студентов было 425 душ, в том числе 337 своекоштных и 85 казеннокоштных; из них 3/5 принадлежали к сословию потомственных и личных дворян, остальные к духовному и податному состояниям (http://dic.academic.ru/dic.nsf/brokgauz_efron/109939/%D0%A5%D0%B0%D1%80%D1%8C%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9)
Если вспомнить, что в то время среди дворян правобережной Украины большинство составляли поляки, но ничего удивительного в рождении (не возрождении, возрождаться было нечему) украинской свидомости огромную роль сыграл Харьковский университет.
no subject
Date: 2013-01-30 11:43 am (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 11:52 am (UTC)У Поляків можна згадати Сенкевича та Адама Міцкевича.
no subject
Date: 2013-01-30 12:02 pm (UTC)Сенкевич, согласен, калибром поменьше Достоевского и Толстого но известная личность. Особенно его произведение "Огнем и мечом", не читал? Советую, для свидомита очень познавательная штука.
no subject
Date: 2013-01-30 12:04 pm (UTC)А німецька в середені 19 століття була еталонною культурою. Кацапи самі так вважали і тоді державоутворюючим етносом на території РІ були саме німці. Самі царі женилися виключно на німкенях та датчанках, бо кацапок вважали туземним бидлом, що варте лише долі робочого скота та гарматного м'яса в залежності від ситуації.
Ви вважаєте, що українці, замість плекати свою культуру, мали б долучитися до ц-с. А я вважаю, що наші предки зробили усе правильно, коли почали будувати свою окрему від кацапви культуру. Москалі це нарід, який не здатен на соціальний прогрес. Москвини можуть лише будувати черговий гулаг.
no subject
Date: 2013-01-30 12:12 pm (UTC)Відносно толстоєвського, то скажу, що зараз в московії до них ставлення дуже змінилося. Толстой зараз не вважається "свєтачємь", бо його від церкви відлучили (може за це його полюбили на Заході?), а Достоєвський нудний і нецікавий. Мене в братках карамазових вистачило до легенди про інквізитора. Тупа брехня. Видно, що достоєвський походить з родини паталогічних зрадників, що зрадили світлий римський престол на користь московської релігії. А от достоєвських уніжених і аскарбльоних прочитав повністю. Дурня рідкісна. Усі славянофіли були тупими, а пізні с-ф були ще тупішими, а достоєвський був самим тупим серед них...
Хоча публіцистика Толстого мені подобається. Нормально дядько про Пушкіна вважав, що йому не треба пам'ятника ставити.
Я б Дантесу поставив, бо саме він створив Пушкіна яко поета. Цікавий промоушен -- подохнути на дуелі!
no subject
Date: 2013-01-30 12:14 pm (UTC)P.S. Не пытайтесь острить, угро-финну это не дано, выходит натужно и жалко.
no subject
Date: 2013-01-30 12:20 pm (UTC)Ви нащадок Кулиша і Костомарова?
no subject
Date: 2013-01-30 02:38 pm (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 03:40 pm (UTC)И еще один вопрос. Ты украинец?
no subject
Date: 2013-01-30 04:10 pm (UTC)Русины Галиции последние узнали, что их записали в украинцы. А последние прямо названы политическим движением, а не национальностью. Политическое движение возрождали в 19 веке? А когда ж оно загнулось?
no subject
Date: 2013-01-30 04:29 pm (UTC)Просто хочется понять, когда поляне успевали всё это проделывать.
no subject
Date: 2013-01-30 04:36 pm (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 05:28 pm (UTC)Румынский, кончай постить "манлихеровину"!
Най Іва Франко сам себе решпектує:
Насамперед признаюся в тому гріху, що його багато патріотів уважає смертельним моїм гріхом: не люблю русинів. Проти тієї гарячої любові до «братнього племені», яка часто бризкає зі шпальт польських реакційних газет, моя сповідь може видатися дивною. Але що ж робити, коли вона правдива? Я вже не в літах наївних і засліплених коханців і можу про таку делікатну матерію, як любов, говорити тверезо. І тому повторюю: не люблю русинів. Так мало серед них знайшов я справжніх характерів, а так багато дріб’язковості, вузького егоїзму, двоєдушності й пихи, що справді не знаю, за що я мав би їх любити, незважаючи навіть на ті тисячі більших і менших шпильок, які вони, не раз з найкращим наміром, вбивали мені під шкіру. Зрозуміло, знаю між русинами декілька винятків, декілька осіб чистих і гідних усякої пошани (говорю про інтелігенцію, не про селян), але ці винятки, на жаль, тільки стверджують загальний висновок.
Признаюсь у ще більшому гріху: навіть нашої Русі не люблю так і в такій мірі, як це роблять або вдають, що роблять, патентовані патріоти. Що в ній маю любити? Щоб любити її як географічне поняття, для цього я занадто великий ворог порожніх фраз, забагато бачив я світу, щоби запевняти, що ніде нема такої гарної природи, як на Русі. Щоб любити її історію, для цього досить добре її знаю, занадто гаряче люблю загальнолюдські ідеали справедливості, братерства й волі, щоб не відчувати, як мало в історії Русі прикладів справжнього громадянського духу, справжньої самопожертви, справжньої любові. Ні, любити цю історію дуже тяжко, бо майже на кожному кроці треба б хіба плакати над нею. Чи, може, маю любити Русь як расу - цю расу обважнілу, незграбну, сентиментальну, позбавлену гарту й сили волі, так мало здатну до політичного життя на власному смітнику, а таку плідну на перевертнів найрізнороднішого сорту? Чи, може, маю любити світлу будущину тієї Русі, коли тої будущини не знаю і для світлості її не бачу ніяких основ?
Коли, незважаючи на те, почуваю себе русином і по змозі й силі своїй працюю на Русі, то, як бачиш, шановний читачу, цілком не з причини сентиментальної натури. До цього примушує мене почуття собачого обов’язку. Як син селянина-русина, вигодований чорним селянським хлібом, працею твердих селянських рук, почуваю обов’язок панщиною всього життя відробити ті шеляги, які видала селянська рука на те, щоб я міг видряпатись на висоту, де видно світло, де пахне воля, де ясніють вселюдські ідеали. Мій руський патріотизм - то не сентимент, не національна гордість, то тяжке ярмо, покладене долею на мої плечі. Я можу здригатися, можу тихо проклинати долю, що поклала мені на плечі це ярмо, але скинути його не можу, іншої батьківщини шукати не можу, бо став би підлим перед власним сумлінням. І якщо щось полегшує мені нести це ярмо, так це те, що бачу руський народ, який, хоч гноблений, затемнюваний і деморалізований довгі віки, який хоч і сьогодні бідний, недолугий і безпорадний, а все-таки поволі підноситься, відчуває в щораз ширших масах жадобу світла, правди та справедливості і до них шукає шляхів. Отже, варто працювати для цього народу, і ніяка праця не піде на марне.
http://together.lviv.ua/index.php?id=979
А ти йди хоча б назви всіх його творів спробуй прочитати.
Де вже там щось звідтам затямити.
Расея, ё...
no subject
Date: 2013-01-30 06:24 pm (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 06:42 pm (UTC)// Мазуры зачастую не считают себя ни поляками ни немцами, а польскими пруссами.//
//На западе соседями мазовшан были поляне и куявяне, на юге — лендзяне и висляне, на севере и северо-востоке — балтийские племена пруссов и ятвягов, на востоке — восточнославянское племя волынян. Возможно, в генезисе мазовшан принимали участие балты.
К IX веку мазовшанами была полностью заселена Мазовецкая низменность, с XIV века их колонизационные потоки двигаются в северном (на территорию вниз по течению Вислы и в Мазурское Поозёрье), восточном (на Подляшье) и южном (в район Радомской пущи) направлениях. Процесс расселения мазовшан сопровождался ассимиляцией и вытеснением местного балтийского населения.//
no subject
Date: 2013-01-30 06:56 pm (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 07:01 pm (UTC)no subject
Date: 2013-01-30 07:06 pm (UTC)no subject
Date: 2013-01-31 04:27 am (UTC)Брокгауз и Ефрон, 1907-1909 гг
Малороссы, русины четко отделяли себя от великороссов (даже долбанутые москвофилы не отрицали отличия) "Украинцы" термин который обозначает эту культурно-языковую общность
Иван - Франко -основатель «Руско-украинской радикальной партіи»(«Ру́сько-украи́нская радика́льная па́ртия» — партия ) - ТАК НАЗЫВАЛАСЬ , писал на русинском языке (если кто не понял народном ,украинском) , кстати москвофилы которые несмотря на свое москвофильство русского языка не знали и писали на жуткой малопонятной мешанине-суржике.
no subject
Date: 2013-01-31 06:33 am (UTC)no subject
Date: 2013-01-31 06:45 am (UTC)no subject
Date: 2013-01-31 08:07 am (UTC)