urb_a | Российская экономика возобновила падение

Российская экономика возобновила падение, а прогнозы ее роста более чем на 2% не будут реализованы, сообщило в ежемесячном обзоре в понедельник Минэкономразвития РФ.

В ноябре российский ВВП сократился на 0,3% по сравнению с прошлогодним уровнем. Зафиксированный результат стал худшим за 13 месяцев: если исключить февраль (когда рабочих дней было на один меньше из високосного 2016 года), экономика ушла в минус впервые с октября позапрошлого года.
Сказался обвал показателей промышленного производства, объясняет МЭР: он составил 3,6% и оказался беспрецедентным с 2009 года.
Спад в добыче полезных - на 1% - был предсказуем, напоминает министерство: сделка со странами ОПЕК связала руки нефтяным компаниям, которые вынуждены добывать на 300 тысяч баррелей в сутки меньше, чем в октябре 2016 года.

Однако "чрезвычайная слабость" в несырьевом секторе "оказалась сюрпризом", говорит аналитик JPMorgan Анатолий Шаль: выпуск в обрабатывающей промышленности - на фабриках и заводах, не связанных с нефтегазовой трубой - обвалился на 4,7%.
Спад был "локальным" и коснулся ограниченного числа отраслей, оправдывается МЭР: 90% провала обеспечили металлургия и производство "прочих" транспортных средств и оборудования. Тем не менее, признает министерство, прогноз роста на 2017 год, составлявший 2%, выполнен не будет: экономика прибавит в лучшем случае 1,8%, а в худшем - 1,4%.

Квартал к кварталу российский ВВП падает всю вторую половину года: с формальной точки зрения два подряд квартала в минусе - это уже рецессия, напоминает Шаль из JP Morgan: слабость почувствовала не только промышленность, но и спрос потребителей, для которых начавшийся в 2014 году спад реальных доходов так никогда и не прекращался (за январь-ноябрь население обеднело еще на 1,4%).
Первые тревожные симптомы появились осенью, и с тех пор спад ускоряется каждый месяц, показывает оперативный индекс ВЭБа: в сентябре экономика сжалась на 0,1% по сравнению с августом, в октябре на 0,2%, а в ноябре на 0,3%.

Отскок макроэкономических показателей в первой половине года целиком объясняется ростом цен на нефть: доходы от экспорта подскочили на 25%, а приток валютной выручки вернул страну в режим потребления за счет нефтегазовой ренты, говорит завотделом рынков капитала ИМЭМО РАН Яков Миркин.
Отдельные островки роста - это "костыльная экономика", которая держится за счет вливаний из бюджета или от сырьевых госкорпораций, добавляет он. Государство обеспечило 90% инвестиций в прошлом это крупные проекты виде "Силы Сибири", Керченского моста или объектов для чемпионата мира по футболу, подсчитали аналитики Райффайзенбанка.

МЭР продолжает утверждать, что рост ускорится, и в следующем году выйдет на темпы "около 2%". Но ресурсов для этого не видно - заявления о выходе из рецессии ничто иное как "попытка выдать желаемое за действительное", говорит директор Центра развития ВШЭ Наталья Акиндинова.
Нужны инвестиции, но прибыль падает во всех секторах экономики, кроме нефтедобычи, нефтепереработки и транспортировки сырья за рубеж. У людей денег становится меньше: рост фонда оплаты труда на 5% компенсирован сокращением численности занятых на 2%, а если учесть малый бизнес и неформальную занятость, то реальном выражении продолжают падать не только доходы, но и зарплаты.

Уже состоявшийся спад экономики - рекордный по продолжительности с начала 1990х годов - отправил страну на 5-9 лет в прошлое, подсчитали в ВШЭ.
Так, розничный товарооборот в 2017 году был на 13,1% ниже, чем в докризисном 2014-м. По объемам строительства (на 7,8% меньше, чем три года назад) Россия вернулась в 2010-й год, по производству товаров на фабриках и заводах в сегменте обработки (на 0,5% меньше) - в 2012-й. Внутренний частный спрос оказался на 10% меньше, чем в последний предкризисный год и соответствует уровню 8-летней давности.
При сохранении нынешней госполитики вместо роста экономика замедлится втрое, а по итогам 2018 года ВВП прибавит лишь 0,5%, прогнозирует Акиндинова.

Источник