Россия и русские глазами наполеоновских военных
Шеф эскадрона Кобылянский:
В любом сражении все они в стельку пьяные, от простого солдата до генерала. [...] Эту страну не мог создать один лишь Бог, с ним это делал и дьявол.
Интендант Пангийи-Л'Аридон:
Можешь ли ты поверить, что с нашего вступления в Россию мы ни разу не видели миловидного женского личика?
Почтовый служащий Итасс:
Если бы я знал, что эта проклятая страна дикарей сделает меня грустным до конца моих дней [...] здешние люди не стоят того, чтобы ради них приносить хоть малейшую жертву. Они выглядят настоящими дикарями. Здесь нет ни одного красивого личика.
Полковник Лагранж:
Здесь не встретить ни одной русской дамы.
Военный комиссар Бенар:
Совершенно невозможно жениться в такой стране, как эта – тут не видно и крестьянской юбки.
Неизвестный военный:
женщины вообще очень редки в стране, где мы находимся. Наши парижские дамы могут быть вполне спокойны, их мужья и любовники им верны.
Шеф эскадрона Кобылянский:
В любом сражении все они в стельку пьяные, от простого солдата до генерала. [...] Эту страну не мог создать один лишь Бог, с ним это делал и дьявол.
Интендант Пангийи-Л'Аридон:
Можешь ли ты поверить, что с нашего вступления в Россию мы ни разу не видели миловидного женского личика?
Почтовый служащий Итасс:
Если бы я знал, что эта проклятая страна дикарей сделает меня грустным до конца моих дней [...] здешние люди не стоят того, чтобы ради них приносить хоть малейшую жертву. Они выглядят настоящими дикарями. Здесь нет ни одного красивого личика.
Полковник Лагранж:
Здесь не встретить ни одной русской дамы.
Военный комиссар Бенар:
Совершенно невозможно жениться в такой стране, как эта – тут не видно и крестьянской юбки.
Неизвестный военный:
женщины вообще очень редки в стране, где мы находимся. Наши парижские дамы могут быть вполне спокойны, их мужья и любовники им верны.