![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
valera2000.livejournal.com posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
urb_aОдин из главных украинских мифов — миф о том, что болотных угрофиннов обучили "языку болгарских молитв", и так появился русский народ. Сказочники сформировали примерно следующее представление: неграмотная чудь, не знающая ни одного алфавита, слушает в церкви чужой для неё славянский язык, и в итоге он становится для неё родным.
В старину даже в городах грамотных людей было мало, а на селе грамотные были только двое: священник и староста. Даже если эти двое и понимали по славянски, то для всех остальных (если бы они и правда были не славяне) "болгарские молитвы" были пустым звуком. Сколько ни начитывай, язык таким образом выучить невозможно: нужно, чтобы рядом крутился носитель языка, который будет толковать слова.
А вот с носителями проблема — язык то полностью книжный, ни разу не разговорный. Самый близкий к нему — народный болгарский язык, но никаких связей с Болгарией у болотных угрофиннов не было.
И получается, что народ моксель выучил болгарский язык, не имея никаких дел с его носителями. Причём не просто выучил слова, а ещё и усвоил славянский языковой строй (для угрофиннов — вещь со всех сторон чужеродная). Мало того, так выучил, что полностью забыл родные речевые обороты. Нет в русском языке таковых. Финно угорских слов наберётся хотя бы несколько десятков (мизер, сотые доли процента), а языковых конструкций — ноль.
Есть такой термин, языковой субстрат. Когда один язык заменяется другим — например, при навязывании народу чужого языка — в новом языке остаются слова и языковые конструкции вытесненного языка. Это и есть субстрат. В русском языке финно угорского субстрата не наблюдается. Это значит, что на московских болотах не было смены языка — никто не обучал никаких угрофиннов "языку болгарских молитв".
Но славянский язык всё же имеет место на московских болотах — более того, с этих болот он распространился на 1/7 часть суши. Получается, что его на эти самые болота принесли живые носители — другого варианта просто не наблюдается. Эти живые носители — славянские племена: вятичи, кривичи, ильменские словене и северяне, все они пришли на берега Волги и Оки за 3 века до образования Руси. Во времена набегов половцев и усобиц князей к ним добавились потомки полян, древлян и других южных племён.
Вывод из всего этого только один: русские — это славяне, и никакого отношения к финно уграм они не имеют.
В старину даже в городах грамотных людей было мало, а на селе грамотные были только двое: священник и староста. Даже если эти двое и понимали по славянски, то для всех остальных (если бы они и правда были не славяне) "болгарские молитвы" были пустым звуком. Сколько ни начитывай, язык таким образом выучить невозможно: нужно, чтобы рядом крутился носитель языка, который будет толковать слова.
А вот с носителями проблема — язык то полностью книжный, ни разу не разговорный. Самый близкий к нему — народный болгарский язык, но никаких связей с Болгарией у болотных угрофиннов не было.
И получается, что народ моксель выучил болгарский язык, не имея никаких дел с его носителями. Причём не просто выучил слова, а ещё и усвоил славянский языковой строй (для угрофиннов — вещь со всех сторон чужеродная). Мало того, так выучил, что полностью забыл родные речевые обороты. Нет в русском языке таковых. Финно угорских слов наберётся хотя бы несколько десятков (мизер, сотые доли процента), а языковых конструкций — ноль.
Есть такой термин, языковой субстрат. Когда один язык заменяется другим — например, при навязывании народу чужого языка — в новом языке остаются слова и языковые конструкции вытесненного языка. Это и есть субстрат. В русском языке финно угорского субстрата не наблюдается. Это значит, что на московских болотах не было смены языка — никто не обучал никаких угрофиннов "языку болгарских молитв".
Но славянский язык всё же имеет место на московских болотах — более того, с этих болот он распространился на 1/7 часть суши. Получается, что его на эти самые болота принесли живые носители — другого варианта просто не наблюдается. Эти живые носители — славянские племена: вятичи, кривичи, ильменские словене и северяне, все они пришли на берега Волги и Оки за 3 века до образования Руси. Во времена набегов половцев и усобиц князей к ним добавились потомки полян, древлян и других южных племён.
Вывод из всего этого только один: русские — это славяне, и никакого отношения к финно уграм они не имеют.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}