urb_a | Белая Русь, Галицко-Волынская, Червонная Русь, або Русское государство

Русь в XV в. была недостаточно известна в Центральной, Западной и Южной Европе, о чем свидетельствуют карты середины и второй половины XV в.: Николая Кузанского 1439 г., Фра Мауро 1459—1460 гг., Грациозо Бешшкасы из Анконы 1480 г. и карты конца XV в. (1482 и 1490 гг.), составленные в соответствии с господствовавшей в ту пору птоломеевской традицией. На птоломеевских картах конца XV в. изображались мифические Скифия, Сарматия, Гиперборейские горы, реки Ра (Волга) и Танаис (Дон). На всех этих картах Русь была представлена небольшим государством, изредка указывались ее столица - Москва и Новгород.

Строго различалась Галицко-Волынская Русь с центром во Львове от Северо-Восточной Руси, хотя названия этих частей Древнерусского государства часто путались. Основная же тенденция среди европейцев называть Галицко-Волынскую Русь Красной, а Северо- Восточную Белой сохранялась. В этих политико-географических терминах закрепилось государственное разделение русских земель, сложившееся в течение XIV-начала XV в. Для большинства стран Европы, хорошо знавших Великий Новгород, владения Ивана III представлялись как находившиеся «за Новгородом».

Процесс формирования национальных государств ставил несколько проблем в международной жизни: территорий, экономических и культурных связей и престижа. Для Русского государства все три проблемы были особенно острыми. Территориальный вопрос был наиболее актуален, поскольку многие русские земли в течение XIV—XV вв. перешли в состав Великого княжества Литовского. От колоссального Древнерусского государства, занимавшего все пространство Восточноевропейской равнины, осталась лишь часть. Глава этого государства должен был получить признание со стороны глав других европейских политических образований. Эти проблемы составляли ось внешнеполитических отношений Руси с другими странами.

В 70—80-х годах XV в. территориальные присоединения Москвы не очень задевали непосредственные интересы Великого княжества Литовского и Короны Польской, оставаясь внутренне русским делом. Правомерность объединения русских земель польскому королю и великому князю литовскому Казимиру трудно было оспорить даже силой оружия. К 80-м годам XV в. на смену отдельным русским землям пришло Русское государство, отношения с которым рождали новые проблемы. Одна из них — наименование этого государства.

В Великом княжестве Литовском и Польше Русскому государству со столицей в Москве присвоили наименование Московского княжества, или Московии, в отличие от Галицко-Волынских земель. Иное самоназвание Руси укрепилось внутри бывшего Московского княжества. В титуле великого князя преобладала формула «всея Руси», с 90-х годов XV в. изредка стала употребляться формула: «Русии» или «Руссии». Распространению греческой огласовки русского имени в форме «Россия», утвердившемуся в письменности к середине XVI в., способствовали приезды греков, в том числе с Софьей Палеолог.

Собственно на Руси термин «Московская земля» обозначал великокняжеский домен, иногда — центральную часть Русского государства. Он употреблялся наряду с терминами «Новгород», «Псков», «Тверь» и др.. Изредка термину «Московская земля» придавалось расширительное значение. В разрядных книгах при описании похода Семена Курбского на Югорскую землю в 1499 г. названы «вятчане, которые живут в Московской земле». В сообщении Типографской летописи о походе немцев на Изборск в 1503 г. район города отнесен к Московской земле. В данном-случае могло иметь место умышленное нарушение традиции ради того, чтобы подчеркнуть принадлежность Изборска Русскому государству.

Собирательным этнографическим названием для жителей Русского государства были русины или русаки. Обобщенное этнографическое наименование русских чаще всего употреблялось в пограничных районах или там и тогда, когда русские приходили в контакт с представителями иных народностей.

В Великом княжестве Литовском и Польше Русскому государству со столицей в Москве присвоили наименование Московского княжества, или Московии, а его жителей называли московитами. Это название в начале XVI в. проникло во все страны, которые получали информацию о Русском государстве из Великого княжества Литовского и Польши, в первую очередь в Италию. В странах же Северной Европы, равно как и при дворе императора, сохранилось правильное этнографическое название — Руссии или России. Но как только итальянцы записывали сведения о Руси со слов русских же дипломатов, они уточняли, что речь шла о Руси. Традиция наименования Северо-Восточной Руси Белой Россией просуществовала до XVI в. и позднее, в 17в. По традиции «белым королем России» был назван Иван III в истории правления Максимилиана. В нюрнбергской хронике говорится о «могущественном князе в Белой Руси».

Приращение титула великого князя за счет слов «всея Руси» в 1479 г. вызвало резкое противодействие в Польском королевстве и Великом княжестве Литовском. Провозглашение Иваном III в 1478 г. программы возвращения всех русских земель — Полоцка, Витебска, Смоленска и повторение этой декларации в 1480 г. одновременно с освобождением Руси от ордынского ига сопровождалось бурным сопротивлением великого князя литовского и короля польского Казимира. В 1483 г. распространился слух, исходивший из Польши, будто Иван III потребовал у папы «королевскую корону во всей Русской нации». К этому времени относятся переговоры Казимира с папой с целью предотвратить это.

Наименование нового государства Русью рождало особый тип отношения Русского государства с западнорусским православным населением. Для этого населения, в особенности феодального, Русь становилась притягательным центром в силу неравноправности и по мере увеличения неравноправности его положения в Великом княжестве Литовском.

Второй проблемой международной значимости в период формирования
единого Русского государства стала титулатура его главы. Новый
политический организм складывался в форме самодержавной монархии. Это нашло выражение в появлении нового термина для обозначения великого князя — «государя» и возглавляемого им политического образования — «государства». Термин «государь» включал понятие верховного владетеля и судьи, пользующегося неограниченной властью. Вне Руси он приравнивался к титулу «король», хотя по размерам обозначаемой им власти был более емким.

Термин «государь», принятый большинством стран Европы как законный
титул главы Русского государства, вызвал противодействие со стороны Великого княжества Литовского, разделявшего сепаратистские устремления феодалов ранее независимых русских земель. В 1479 г., когда Иван III просил Казимира выдать охранную грамоту Андрею Палеологу для проезда через земли Великого княжества Литовского и Польского королевства, Казимир энергично протестовал против титула «короля», который якобы присвоил себе Иван III (так расценили в Литовском княжестве применение титула «государь», принятого в актах внутреннего управления с 1479 г.). Протестуя против применения русским князем термина «государь», Казимир ввел его (в форме «господар») в собственный титул в сношениях с русскими землями, в частности Псковом.

В то время, как более дальних странах новый титул московского князя проблем не вызывал. Так, император Максимилиан звал Ивана III «государем всея Руси», «государем русским» и «своим братом». Представители ганзейских городов в 1487 г. называли Ивана III «кайзером», а любекский городской совет в 1489 г. — «императором всея Руси».

Белая Русь (Rossia Bianca) в районе Новгорода и Холмогор с карты Дж. Рушелли, 1561

В «Повести» Симеона Суздальского, являющейся одним из основных источников о Василии Тёмном, великий князь называется белым царём — это первая фиксация названия «белый царь» как специфического наименования русского государя в письменном источнике. Миланский герцог Франческо Сфорца в письме к Джакомо Зекьере (Giacomo Zecchiere) 1463 года, монетному мастеру, отправленному им к Ивану III, называет последнего «Illustrissimus Dominus Albus Imperator». Позднее Герберштейн сообщает, что московский государь Василий III называется белым королём «Weisser Khunig» («Albus Rex»), а Флетчер пишет: «Царский дом в России имеет прозвание Белого (Bela)». Сродни ему и обсуждение титула царя Ивана IV в послании митрополита Макария в Вильну 1555 года: «а околмые все государи не токмо хрестьяиские, но и бусурманские, имени его не убавливают, но и свыше прибавляют и называючи его Белым Русскым царем» (Карпов, 1887, с. 474).

Однако Николай Карамзин также причислял к Белой Руси северо-восточные русские земли, а именно Великое княжество Московское. Историк приводит письмо, которое великий князь московский прислал в Рим перед своим браком с Софьей Палеолог в 1472 году. Данная грамота была подписана следующим образом:

«Сиксту, первосвятителю римскому, Иоанн, великий князь Белой Руси, кланяется и просит верить его послам».

Кроме того, Н. М. Карамзин отмечает, что, «исчисляя в титуле своём все особенные владения государства Московского, Иоанн наименовал оное Белою Россиею, то есть великою или древнею, по смыслы сего слово в языках восточных».

В книге на итальянском языке «Geografia» (1621) говорится, что

«Московия занимает всю Русь», «однако та часть Руси, которая принадлежит московскому князю, зовётся Белой Русью, а та, которая подчинена польскому королю, зовётся Чёрной Русью, несмотря на то, что польский король владеет также частью Белой Руси».

Немецкий географ Филипп Клювер в своём труде на латинском языке «Introductio in universam geographiam» (1624) указывает, что

«крайним регионом Европы является Руссия Белая или Великая» (Ultima Europas regio est Russia Alba sive Major),

которую он также называет «Московия или Великое Княжество Белой Руси» (Moscovia sive Russiæ Albæ Magnus Ducatus).

Немецкий учёный Яков Рейтенфельс в своём труде «Сказание о Московии» (1676) повествует, что столицей Белой Руси был сначала Владимир, потом стала Москва.

Вопросы о наименовании нового государства и титуле русского правителя были далеко не праздными. Название Руси, да еще с определением «всея» (утвердившимся внутри государства с 1479 г., а во внешних сношениях — с 1485 г.) скрывало за собой программу воссоединения земель в объеме Древнерусского государства.

Новый император Максимилиан пытался оторвать Русское государство от союза с Венгрией. Иван III же предполагал использовать мощь Германии для борьбы с главным внешнеполитическим соперником — Польшей. В определённый момент эти цели совпадали — в 1491 году был даже заключён формальный союз между странами. Проект документа был подготовлен ещё во время визита Георга фон Турна в Москву в 1490 году. Помимо этого, Германия предлагала отправить русские войска во Фландрию для борьбы с «изменниками» императора Максимилиана и против французов. Конечно, согласия на это не было дано, однако державы договорились вести совместные действия против Польши, и даже были начаты переговоры о возможном браке императора с одной из дочерей Ивана III.

Договор имел важное значение для молодого Русского государства: одна из крупнейших политических и военных сил Европы говорила теперь с Иваном III, как с равным. Да и в Германии это событие не осталось незамеченным: заключение договора отражено в одной из гравюр знаменитого немецкого мастера Ханса Бургмайра под названием «Союз с Белой Россией ». Сами гравюры были иллюстрациями к рыцарскому роману «Белый король», являвшемуся своеобразной биографией императора Максимилиана.