Особенности национального выпаса. И самоидентификации.

[rebeka-r.livejournal.com]

Не тюркские слова "майдан" - базар, в значении "площадь, вече, собор" и " чабан", в значении "вождь, фюрер" здесь удивительны.

Меня не то изумляет, что при таких откровенных сравнениях соотечествеников, которые автор себе позволил, - со стадом баранов, либо му-ууу жвачных парнокопытных млекопитающих, этот украинский стих стал неким символом Оранжевой революции, самоосознанием и образом, принятым ею самой, - и той революции, и этой, и всех последующих и предыдущих проявлений украинской пассонарности.

А то удивительно, что этот автор, Павло Григорович Тычина, вообще выжил - т.е. не только он пережил "Голодомор и Геноцид", а стал светочем, лауреатом, академиком, депутатом и делегатом, любимцем детворы, ведущей прима- балериной, главным форвардом команды Динамо прожил до ста лет и умер классиком национальной украинской культуры.

Все потому, что древний и мудрый народ укры близок к природе, и он умеет радоваться жизни во всех ее проявлениях - http://www.segodnya.ua/newsarchive/oranzhevaja-ljubov-na-majdane.html Учитесь , клятые москали, с этой вашей русской тоской. - у вас-то всякое дело - всегда болотное какое-нить.

На майдані коло церкви
революція іде.
— Хай чабан! — усі гукнули,—
за отамана буде.

Прощавайте, ждіте волі,—
гей, на коні, всі у путь!
Закипіло, зашуміло —
тільки прапори цвітуть…

На майдані коло церкви
постмутились матері:
та світи ж ти їм дорогу,
ясен місяць угорі!

На майдані пил спадає.
Замовкає річ…
Вечір.
Ніч.

1918.

На майдане возле церкви
революция идет.
«Где чабан? — толпа взметнулась.—
Он повстанцев поведет!»

Ну, прощайте, ждите воли!
Эй, по коням! Шашки вон!
Закипело, зашумело —
только марево знамен...

На майдане возле церкви
шепчут матери, грустны:
«Озари ты им дорогу,
светел месяц, с вышины!»

(Перевод Б. Турганова.)