urb_a | Пойти за пивом и не вернуться

Оригинал взят у

d_v_sokolov в Пойти за пивом и не вернуться

Сделаю ответный репост. Крайне познавательный рассказ - зарисовка с натуры о том, как жилось в позднем СССР, и какие все там были окультуренные и высокодуховные, а главное, трезвые!
__
Оригинал взят у

mata_ariki в Пойти за пивом и не вернуться

Посмотрел тут у френда d-v-sokolov фото-репортаж из совейських времен http://d-v-sokolov.livejournal.com/610579.html . Окунулся, так сказать, в прошлое. Как говорят, "нахлынули воспоминания"

Эпиграф:

"У павильона "Пиво-Воды" лежал советский человек.
Он вышел родом из народа. Он вышел и упал на снег."

Советские товарищи в то легендарное время (большинство из них) были (если вообще были) слишком малы, чтобы понимать, что происходит вокруг. В силу врожденного слабоумия они себе не могут и представить, с какими трудностями, унижениями и, иногда, опасностями, было связано в Совдепии исполнение самых простых бытовых дел. К примеру, ну что такое- сходить за пивом? Взял трехлитровую банку с пластиковой крышкой, поставил в авоську и легким шагом, насвистывая "Марш энтузиастов", дошел до ближайшего ларька. Ага, щас...

Пиво в 80-е в Советском Союзе было дефицитом. Табличка "Пива нет" частенько висела за замызганным стеклом. Любители пива, в одиночку и мелкими группами, прочесывали окрестности, передвигаясь от одной "точки" (ларька) к другой. Там, где пиво сегодня завезли, образовывался длинный "хвост" из привычных к очередям советских граждан. Но, как и везде вокруг дефицита, вокруг каждого пивного ларька существовала группа привелегированных граждан, имевших доступ к нему в первую очередь. Это были мелкие уголовники, люди, обычно, отягощенные алкоголизмом, с вечно горящими трубами. "Чоткие" и "дерзкие" синяки паслись у ларьков уже с утра, в основном сшибая мелочишку у подползавших похмелиться колдырей. Там же искались варианты, где можно "продолжить банкет", затевались мелкие преступления... в общем, низовой преступный мир жил своей жизнью. Одной из привелегий "чотких и дерзких" был доступ к окну, где разливали пиво, презрев "мужицкую" очередь. Мужички терпели, потому как все они, и простые слесаря, и работники умственного труда, знали, что бунт в очереди был чреват опиздюливанием тут же, на месте. Почтенные отцы семейств, задорные комсомольцы и кандидаты в мастера суровых видов спорта, терпеливо, сделав вид, что ничего не происходит, ждали, когда какой-нибудь "Колян" со товарищи, отодвинув их от окна, в очередной раз наполнит свои "баллоны". Потому, я пиво брал только у себя на районе, где меня знали и оказывали "уважуху", пропустив к окну впереди остальных. Правда, "чоткие и дерзкие" в конце концов пропадали по своим делам, и тогда у советских граждан наступала расслабуха.

Но не всегда это происходило так гладко. Помню, как придя в отпуск из армии, перед самым дембелем, я со товарищи (а был суровый безалкогольный 1989-й год) поехал искать пива. И занесло нас на район, куда в другие бы, тучные годы, я бы добровольно не поехал. "Точка" стояла среди общаг, часть контингента которых состояла из "химиков" и прочих, с недавно выданными справками об освобождении. Очередь была короткой, день по-весеннему солнечный, настроение бодрое. Потому бдительность мы утратили, а зря. Мужичок возник из-за ларька, и уверенно раздвинув похмелявшихся тут же граждан, и прошел прямиком к окну. Я стоял вне очереди, и потому сразу отметил, что мужички в очереди сразу сникли и сделали отсутствующие лица. И, надо ж такому случиться, это был наш черед наполнить баллоны- Миша подавал снаряды, Олег закидывал в окно. И, конечно, очень удивился, когда перед ним влез мужик и поставил свою банку. На высказанное возмущение Олегу тут же было предложено отойти "поговорить", но коварства врага он недооценил. Едва отшагнув в сторону он словил головой банку, которая звучно треснула и красиво разлетелась осколками. Следом по лицу хлынула кровь ослепив моего товарища, сделав его беспомощней младенца. Мишаня, мужчина суровый, встретил супостата хуком справа, слегка завернув ему челюсть. И был бы это, пожалуй, последний его хук- хрен знает откуда выскочил еще один "четкий и дерзкий", и быстро скользнул в сторону Мишани. Но тут ему не свезло - к нему я был ближе, чем он к Мише. Потому поймал я его на подходе, пробив лучший в своей жизни мае-гери - прямо в мякотку, в живот. Чувак ударился в стену ларька и стек по ней. По весеннему льду полетела красивая, с наборной ручкой, заточка. В другую сторону завалился я - опорная нога провернулась на льду, я услышал хруст связок. Под адреналином вскочил, Мишаня уже поднимал Олега, я подставил плечо и... "Гарун бежал быстрее лани". Я вприсядку, контуженый Олег висел в основном на Мише, и основной задачей было оторваться от возможного преследования противника. Забег дался нам нелегко. После, когда одному уже наложили швы, другому- гипс на ногу, парни принесли купленный с переплатой у грузчиков ресторана ящик бутылочного пива. И тогда, за пивом мы говорили, как несказанно нам повезло, что "синих" было всего двое. Иначе бы порезали бы нас там как поросят. А отпуск мне продлили, да. Правда, связки заживали еще долго, на дембель я еще нет-нет да прихрамывал.

Нынешнем советским идиотам такой поход за пивом если и привидится, то в страшном сне.

Не всем так везло, как нам. Приятель мой, студент-филолог, в приснопамятном 91-м, словил таки нож в бок у пивного ларька, прямо за железным столиком на одной ножке, где он "распивал спиртные напитки с неустановленными следствием лицами". Не сошлись во взглядах на филологию, вестимо. А парня жаль.

"Пейте пиво пенное, будет рожа... ого-го!"