«Белорусы – «Народ РОСЕИСКИ».
Nov. 26th, 2012 06:34 pmНе мною первым замечено, что в сообществе редко вспоминают белорусов. Предлагаю вниманию читателей интересный сайт, где авторы стараются пользоваться достоверными источниками, и отрывок из статьи «Белорусы – «Народ РОСЕИСКИ» (О традициях общерусского этнического самосознания у белорусов)».
http://zapadrus.su/zaprus/istbl/156--l-r-.html
"Эта особенность двойного, точнее ступенчатого самосознания белорусов, самобытного субэтноса в составе большого этноса, была ярко отражена в трудах таких крупнейших российских ученых белорусского происхождения, как Н.Лосский, М.Коялович, А.Сапунов, Е.Карский и многих других:
«Сознание того, что белорус есть русский, мне хорошо знакомо, потому, что я сам белорус, родившийся в Двинском уезде Витебской губернии в местечке Креславка на берегу западной Двины. Учась в Витебской гимназии, я, в возрасте двенадцати лет, читал только что появившуюся книгу “Витебская старина” (1883 г.). Из нее я узнал о нескольких веках борьбы белорусов за свою русскость и Православие. С тех пор мне стало ясно, что называние себя белорусом имеет географическое значение, а этнографически для белоруса естественно сознавать себя русским, гражданином России». (41)
Ярчайшим представителем народной идеологии русского единства был М.Коялович, ученый мирового уровня, еще недооцененный в наше время: "Вся история Северо-Западного края— это русская история, здесь живёт русский народ, местное белорусское наречие— это «мост» между малороссийским и великорусским наречиями". (42) В своих «Очерках истории русского самосознания» он писал: «На восток Белоруссию тянет народное единство крови, и враг народу тот, кто будет выступать против этого единства ".
Академик Е.Карский отмечал, что «В большинстве особенностей белорусское наречие является прямым носителем общерусских черт»; «Белорусское наречие заключает в себе все общерусские особенности»; «Самостоятельные литературные произведения Западной Руси после отделения ее от Восточной на первых порах, да и со временем имели тот же характер и содержание, что и произведения вообще русские, отличаясь от них только местными особенностями языка». (43)
Е.Карский был ярым противником искусственного этносепаратизма, льющего воду на мельницу конкурентов России на мировой арене. Так, о книге Ф.Богушевича «Dudka belaruskaya» он писал: «Очень тенденциозная книга… Автор пытается возбудить сепаратистские стремления, отстранить белорусов от великорусов… Предисловие написано в духе польских прокламаций на искусственном белорусском языке, несомненно с целью вызвать смуту в русском семействе… Книга может произвести впечатление на людей, мало знакомых с историей и славянскими языками и с соотношением русских наречий. (44)
Мнение российских историков белорусского происхождения поддерживали крупнейшие российские этнографы-великорусы того времени. А.Пыпин считал, что «белорусское племя по своему происхождению и по чертам своего этнического характера, принадлежит к общему русскому целому, в этом нет никакого сомнения». (45) Д.Зеленин разделение русских на великороссов, малороссов и белорусов считал «не столько этнографическим, сколько политическим явлением». (46).
Эта двойственность, ступенчатость этнического самосознания населения, принадлежащего к субэтносу – особенность многих других больших и малых этносов Европы, которые, как правило, имеют весьма сложный иерархический состав. «Мы хотим быть немцами и оставаться баварцами», – говаривал еще двести лет назад Баварский король Людвиг I. Аналогичная ситуация в Провансе, Андалузии, Арагоне, областях Италии, Жямайтии, Латгалии и так далее. Только в этих странах не возобладала политическая линия, направленная на сепаратизм субэтносов, преувеличение их этнических особенностей от материнского этноса, которая могла бы привести к расколу Франции, Испании, Латвии и других государств. Кроме того, данная тенденция мало поддерживалась извне конкурентами этих стран на мировой арене. Например, после I Мировой войны проект искусственного раскола немцев на прусский лютеранский север и католический юг во главе с Баварией только обсуждался в политических кругах США и других западных стран.
Важно подчеркнуть, что идея и теория единства русских ни в коем случае не предполагают, что русские субэтносы якобы должны постепенно исчезнуть, что белорусы или малорусы должны совершенно слиться в этнокультурном смысле с великорусами. Наряду с М.Кояловичем эту идею горячо отстаивал великий языковед малорусского происхождения А.Потебня. Он считал, что одинаково преступно как отрицать тот факт, что малорусы, белорусы и великорусы являются тремя ветвями русского народа, так и уничтожать этнокультурное своеобразие каждой из этих трех ветвей. Это надо помнить не только националистам, но и некоторым не в меру ретивым «русификаторам».
Известно, что теория, сущность которой можно выразить формулой "Русские=великорусы+малорусы+белорусы", была господствующей до 1917 г. в отечественной науке. Теория имеет слишком серьезное научное обоснование, чтобы ее игнорировать в наше время. Она фактически не умирала даже в течение советского периода, когда ряд ученых, по нашим наблюдениям, разделял ее негласно. И в этой связи встает вопрос, не следует ли постепенно возрождать эту теорию в наши дни, уже на основе введения в оборот новых, замалчиваемых ранее источников? Во всяком случае, она имеет полное право на существование, на свое законное место в научных дискуссиях, официальных документах и на широкую пропаганду среди народов всех трех современных русских государств".
http://zapadrus.su/zaprus/istbl/156--l-r-.html
"Эта особенность двойного, точнее ступенчатого самосознания белорусов, самобытного субэтноса в составе большого этноса, была ярко отражена в трудах таких крупнейших российских ученых белорусского происхождения, как Н.Лосский, М.Коялович, А.Сапунов, Е.Карский и многих других:
«Сознание того, что белорус есть русский, мне хорошо знакомо, потому, что я сам белорус, родившийся в Двинском уезде Витебской губернии в местечке Креславка на берегу западной Двины. Учась в Витебской гимназии, я, в возрасте двенадцати лет, читал только что появившуюся книгу “Витебская старина” (1883 г.). Из нее я узнал о нескольких веках борьбы белорусов за свою русскость и Православие. С тех пор мне стало ясно, что называние себя белорусом имеет географическое значение, а этнографически для белоруса естественно сознавать себя русским, гражданином России». (41)
Ярчайшим представителем народной идеологии русского единства был М.Коялович, ученый мирового уровня, еще недооцененный в наше время: "Вся история Северо-Западного края— это русская история, здесь живёт русский народ, местное белорусское наречие— это «мост» между малороссийским и великорусским наречиями". (42) В своих «Очерках истории русского самосознания» он писал: «На восток Белоруссию тянет народное единство крови, и враг народу тот, кто будет выступать против этого единства ".
Академик Е.Карский отмечал, что «В большинстве особенностей белорусское наречие является прямым носителем общерусских черт»; «Белорусское наречие заключает в себе все общерусские особенности»; «Самостоятельные литературные произведения Западной Руси после отделения ее от Восточной на первых порах, да и со временем имели тот же характер и содержание, что и произведения вообще русские, отличаясь от них только местными особенностями языка». (43)
Е.Карский был ярым противником искусственного этносепаратизма, льющего воду на мельницу конкурентов России на мировой арене. Так, о книге Ф.Богушевича «Dudka belaruskaya» он писал: «Очень тенденциозная книга… Автор пытается возбудить сепаратистские стремления, отстранить белорусов от великорусов… Предисловие написано в духе польских прокламаций на искусственном белорусском языке, несомненно с целью вызвать смуту в русском семействе… Книга может произвести впечатление на людей, мало знакомых с историей и славянскими языками и с соотношением русских наречий. (44)
Мнение российских историков белорусского происхождения поддерживали крупнейшие российские этнографы-великорусы того времени. А.Пыпин считал, что «белорусское племя по своему происхождению и по чертам своего этнического характера, принадлежит к общему русскому целому, в этом нет никакого сомнения». (45) Д.Зеленин разделение русских на великороссов, малороссов и белорусов считал «не столько этнографическим, сколько политическим явлением». (46).
Эта двойственность, ступенчатость этнического самосознания населения, принадлежащего к субэтносу – особенность многих других больших и малых этносов Европы, которые, как правило, имеют весьма сложный иерархический состав. «Мы хотим быть немцами и оставаться баварцами», – говаривал еще двести лет назад Баварский король Людвиг I. Аналогичная ситуация в Провансе, Андалузии, Арагоне, областях Италии, Жямайтии, Латгалии и так далее. Только в этих странах не возобладала политическая линия, направленная на сепаратизм субэтносов, преувеличение их этнических особенностей от материнского этноса, которая могла бы привести к расколу Франции, Испании, Латвии и других государств. Кроме того, данная тенденция мало поддерживалась извне конкурентами этих стран на мировой арене. Например, после I Мировой войны проект искусственного раскола немцев на прусский лютеранский север и католический юг во главе с Баварией только обсуждался в политических кругах США и других западных стран.
Важно подчеркнуть, что идея и теория единства русских ни в коем случае не предполагают, что русские субэтносы якобы должны постепенно исчезнуть, что белорусы или малорусы должны совершенно слиться в этнокультурном смысле с великорусами. Наряду с М.Кояловичем эту идею горячо отстаивал великий языковед малорусского происхождения А.Потебня. Он считал, что одинаково преступно как отрицать тот факт, что малорусы, белорусы и великорусы являются тремя ветвями русского народа, так и уничтожать этнокультурное своеобразие каждой из этих трех ветвей. Это надо помнить не только националистам, но и некоторым не в меру ретивым «русификаторам».
Известно, что теория, сущность которой можно выразить формулой "Русские=великорусы+малорусы+белорусы", была господствующей до 1917 г. в отечественной науке. Теория имеет слишком серьезное научное обоснование, чтобы ее игнорировать в наше время. Она фактически не умирала даже в течение советского периода, когда ряд ученых, по нашим наблюдениям, разделял ее негласно. И в этой связи встает вопрос, не следует ли постепенно возрождать эту теорию в наши дни, уже на основе введения в оборот новых, замалчиваемых ранее источников? Во всяком случае, она имеет полное право на существование, на свое законное место в научных дискуссиях, официальных документах и на широкую пропаганду среди народов всех трех современных русских государств".