urb_a | дурь

Оригинал взят у

Вот говорят, гэбня дурью мается. А ведь далеко не вся – и не ею одной. Загляните в недра Лубянки, куда не ступала нога человека. И увидите, что забот у подвальных выше крыши.

Возьмем, к примеру, Третий. Этот, с виду скромный, а на самом деле имени Ордена трудового курка и окурка Третий гвардейский подвал Лубянки в настоящее время обслуживает супер важную точку коловрата русской истории: что делать с Дзержинским, которого вот-вот вернут в старое дупло? Вернее, что делать – понятно, примут на ура. Вопрос – как.

Одни умы, в основном капитанские, предлагают закатать памятник в асфальт по мошонку, а подошвы приварить к метро, чтоб на века.

Им возражают другие умы, полковничьи, тоже законченные дети подземелья: кончайте витать в облаках, студенты. Похоже, забыли, что аккурат 30 метров под мошонкой со времен Бенкендорфа расположена рюмочная для расстрельной команды. Им без энергетики нельзя. А ну как палец дрогнет! У нас гуманная установка – электорат до агонии не доводить.

Третьи умы, уже немного с мозгами, те что лейтенантские и чуть выше, не менее убедительно и во все горло настаивают: давайте, господа, засеем вокруг кумира минное поле с маргаритками, а карту разминирования спалим к лешему – ни один камикадзе не прорвется.

Полковничьи с них тащатся: ага, как же, камикадзе-георгадзе. А хо-хо не ху-ху? Перевелись в русской землице Чаадаевы, мать вашу, а крестовому джихаду еще не срок. Так что угодили мы с вами в *залупу времени, гы-гы!

У четвертых подвальных умов – генеральских и их денщиков – своя идея-фас: надо отлить 99 чугунных болванок, чтоб не отличить, и весь этот ГМО Дзержинских тупо впарить в центр площади. Придет вражина на демонтаж – а кто из адской сотни реальный, собаке не унюхать, так плотно утыканы.

Ага, – гогочут полковничьи и бьют себя по ляжкам, – если к тому времени собак не передавят бульдозерами на таможне!

Но не единым Дзержинским жив подпольный начсостав. По всем погребам, склепам и дзотам решаются геополитические проблемы выживания самого высокого уровня – вплоть до Девятого подвала, у которого на случай бессмысленного и беспощадного своя калитка в подземку.

Как вещают старожилы: это вам не голых милиционерш гонять по сауне. Тут требуется работа обоих полушарий одновременно и трезвый расчет. Как у пулемета.

Вона, на прошлой неделе разгорелась дискуссия между Шестым и Восьмым на тему валить или сидеть не рыпаться. Вам там снаружи ничего не слышно, а тут страсти бушуют по всей вертикали. Теперь нет Шестого, можете не аукать, но вопрос не закрыт, закрыт только Шестой. Два этажа с кабинетами – и ни души, страшная картина!

Кстати, лубянский крематорий с часовней и сержантом-расстригой расположен рядом – в слое юрского известняка под Политехническим. Там резонанс в обе стороны, так что можно слушать лекции, греясь у печки, и задавать вопросы реально загробным голосом. А вы думаете, почему лектора седые.

Вернемся к живым. Итак, Дзержинский. Страсть как хочется предложить охранке свой, не менее офигенный вариант встречи и заодно праздника.

Прилетит вдруг Дзержинский в голубом вертолете, а его на площади встречают дружбаны – бронзовая массовка в исполнении Церетели. Веселья и радости полны цельносварные штаны.

Если с высоты гнезда кукушки, то многофигурный памятник выглядит так. Ближе к Мясницкой Ежов обнимает Ягоду за самые неожиданные места ("фламандский формат"), они отныне близнецы не разлей вода, на что намекает бахчисарай из-под обоих. К парочке подкрадывается мастер розыгрышей Вышинский, держа заточенный сюрприз за спиной. Берия лежит-отдыхает на грядке, смотрит через пенсне на серое в яблоках московское небо, ждет немецких цепеллинов. На нем в позе голого Родена восседает Менжинский. А уж совсем сбоку, у светофора на Сретенку, неугомонный Андропов, поднявшись во всю мощь своего роста, замахивается кривым табуретом непонятно на кого – на Блюмкина? Абакумова? Фиг знает, пока свято место пусто.

Но главное – врагу за здорово живешь не удастся за одну ночь выковырять кенотаф русской скрепы, настолько он разнолик и многоморд. И не пытайтесь – к утру подкатят титушки с Рязани и отобьют паханов. Им бы только ночь проторчать да день проволынить!

Теперь позвольте пару слов о главном празднике новосоветских святцев.

Возвращение чугунной балды будет отмечено шествием боевых законспирированных кротов, о которых не одно поколение сыщиков распевает тихим матом баллады у тайных костров. А тут эндемики глубинных казематов и склепов смело вылезут наружу и пройдут под грохот канонады с белыми палочками в руках как неудержимый эскадрон смерти. Красавцы, герои пещерных легенд! Слава вам и полный респект!

Сразу за кротовыми палочками вместо тачанок наперегонки промчатся традиционные русские воронки́. Ну и, конечно, Максим на пузе, любимый герой путинского детства.

В сценарии грандиозного шоу учтено все до мельчайшего сучка, как в день победы Сусанина в Катынском лесу. Особенно поразят зрителей живые пирамиды Смерша: "Нарком пытает комиссара", "Расстрел комиссара", "Арест наркома", снова "Арест наркома", потому что кто-то все время падает, и в заключение "Расстрел упавшего".

Дальше центральный болт представления – голограммы справедливо исправленных исторических эпизодов: "Князь Владимир крестит Золотую Орду", "Адмирал Камимура подписывает капитуляцию в окрестностях Цусимы", "Удушение Горбачева на Форосе". Репетировался еще "Маршал Жуков, наблюдающий через Ла-Манш за фашистской Британией", но сперли подзорную трубу – и Ла-Манша не будет.

Следующим номером взовьется кострами голос Кобзона под фанеру над Парижем, ~~на этот раз без Парижа, потому что хрен вам Париж (вымарано цензурой)~~. После чего вспорхнут сотни тысяч воздушных разноцветных шариков на радость детворе – и все как один лопнут по команде Центра управления полетом, обдав несмываемой спермой зрителей вместе с детворой и Кобзоном, который забудет задраить клюв, думая, что он все еще под фанерой. Тут-то Горластый Федя кони и двинет, что станет внеплановым бонусом всей стране.

В финале на сладкое чинным строем продефилирует группа прикольных черлидерш в прокурорских мантиях "облегченный топлес". Список участниц утвержден и прошел глубокое тестирование, хотя, как всегда, не обошлось.

Жанровая сценка с youtubа: "Гляди-ка, Няша во втором ряду! Та, что с фингалом. Да не туда смотришь – левее, которая с костылем. Привет, Няша! Зубы вставила?"

Апофеоз симфонии – забойная клятва голубых мундиров: "Второй раз Феликс не падет!" Ура-ура и даже аминь с прибором.

А вы говорите, дурью маются.